Пять дней!
Они должны были прибыть сюда самое раннее только через пять дней!
Но, каким-то непостижимым образом они уже находились здесь.
А мы всё ещё торчали на месте, с холодной яростью подумал Виктор.
Седьмой флот по-прежнему находился у Виншара.
Штудгард поймал их, что называется, со спущенными штанами. Почти три часа ушло на то, чтобы собрать все призовые партии со сдавшихся рейнских кораблей. Никто не предполагал, что противник появится столько рано. Отчасти, это вина самого Райна. Прекрасно зная, что единственное подразделение рейнского флота способное прибыть в Валетрию раньше всех находится на Бедергаре, он строил свою тактику именно на этом факте, даже не подумав о том, что Штудгард может заявится сюда раньше срока.
С другой стороны, ни один здравомыслящий человек просто не мог подумать о том, что кто-то покинет столь важную в текущих условиях войны узловую систему, когда она находится под постоянным давлением Третьего флота Террадока.
И, всё же, Филипп был здесь.
И привёл с собой силы достаточные для того, чтобы разбить Седьмой флот в прямом столкновении. Да, Виктор бил его в количестве линкоров, да и «Лавразии» несколько превосходили «Завоевателей» Протектората. Но вот по всем остальным параметрам они безнадёжно проигрывали.
Девять дредноутов против двадцати четырёх. Это было даже не смешно. «Монархи» были тяжелее рейнских «Преторов». Лучше бронированы и несли на себе больше вооружения... но они были медленнее.
Так же Седьмой флот проигрывал и в количестве крейсеров примерно один к двум.
Но вся тяжесть ситуации заключалась даже не в количественном превосходстве.
Даже с такими силами Виктор ещё мог бы рассчитывать на хороший бой, если забыть о том, что вообще-то одной из главных его задач является сохранение собственных сил. Как это ни странно, главная проблема заключалась в... его судах снабжения.
Именно на них сейчас находился столь необходимый флоту боезапас, реакторная масса и запчасти для ремонта. Сражение с силами Фридхолда не прошло для верденцев без последствий. Да, группы «Меч» и «Щит» уцелели и почти не понесли потерь, за исключением лёгких повреждений.
Но вот их погреба с боеприпасами сильно опустели.
У Кенворта не осталось противоракет после отражения удара с РПП, а общий боезапас ПКР на линкорах и дредноутах находился в области от тридцати пяти до сорока процентов. Слишком много они потратили во время боя с Фридхолдом у Виншара. Этого просто не хватит на длительное сражение.
«Баркуда» и её собратья должны были исправить это, но теперь у них хватало собственных проблем.
Из общей кутерьмы, творящейся на флагманском мостике «Мести», как чёрт из табакерки выскочил Алан Леви с докладом.
— Адмирал, мы почти закончили выгрузку пленных на платформы. Осталось примерно двадцать, может быть, двадцать пять минут и мы сможем стартовать.
— Заряды проверены?
Коммодор мрачно кивнул.
— Так точно. Сапёры доложили о том, что все боеголовки активны и подключены общей сети. Мы сможем взорвать их удалённо если возникнет такая необходимость.
Конечно же, он рассчитывал на то, что такой необходимости не возникнет, но...
Леви не стал говорить о том, что считал предложенный план мерзким.
Если уж на то пошло, то для них это вообще был один из лучших шансов на то, чтобы задержать Штудгарда. Почти семнадцать тысячи человек со сдавшихся дредноутов и других кораблей Ретто Фридхолда и те, кого верденские спасательные команды смогли вытащить с других пострадавших звездолётов вражеского флота сейчас спешно переправлялись на захваченные у Протектората ремонтном-строительные платформы и станцию астроконтроля. Тащить их всех за собой Виктор не хотел. Да и просто не мог.
Поэтому им предстояло выступить в качестве своеобразного барьера на пути приближающегося рейнского флота.
— Мне тоже не нравится эта идея, Алан, — мрачно сказал Райн, заметив выражение на лице своего начальника штаба. — Но других вариантов я попросту не вижу. Прямое столкновение, сейчас, когда у врага такой перевес в кораблях, а у нас полупустые погреба кончится лишь тем, что мы погубим то, что осталось от флота.
— Я понимаю, сэр. Просто...