Давно прошло то время, когда вместо этого воздух здесь наполняла свежесть от высаженных талантливыми садовниками парков и садов, бесчисленных ресторанов и небольших закусочных, полных ароматов жареного мяса и специй. Прошло то время, когда жившие тут люди могли называть это место своим домом.
Больше здесь не осталось жизни. По крайней мере той, что царила тут раньше. Теперь те, кто остались скорее выживали.
Шехар стоял в одиночестве, облокотившись спиной на борт флаера и сложив руки на груди. Он смотрел на то, что осталось от столицы Королевства, испытывая целый вихрь противоречивых эмоций. Джайпур-Бан. Город, ставший для него домом и нынче обращённый в руины. Он ведь уже бывал тут. В первый месяц, когда прилетел на Сульфар скрываясь под чужой личиной. Видел то, что осталось от столицы. А всё равно этот вид приносил ему боль.
Шехар очень хорошо помнил то ощущение, которое почувствовал впервые оказавшись здесь. Помнил своё решение, принятое прямо тут. На этом самом месте. В тот раз он стоял здесь, глядя на остатки руин королевского дворца. Похожие на кости мёртвого животного, они поднимались к небу отвратительными обрубками, оставаясь скорбным напоминанием о том, что находилось тут раньше.
— Каз видит флаер, — донёсся из вставленного в ухо наушника голос Масуда. — Приближается с востока.
Шехар чуть приподнял голову, но так ничего и не заметил. Вероятно, машина была ещё слишком далеко, чтобы он мог её рассмотреть. В любом случае, Казиму, выполняющему сейчас роль наблюдателя в одной их полуразрушенных высоток виднее чем ему.
— Далеко?
— Через пару минут появится с восточной стороны от дворца. Он один. Вроде больше никого нет.
— Хорошо, Масуд. Следите за ним и сообщите мне, если заметите что-то подозрительное.
— Вся эта ситуация чертовски подозрительная, ваше величество. Не переживайте, я дам вам знать, если что-то случится, а Каз прикроет в случае чего.
«В случае чего»...
Сколь размытое определение. Если это очередная засада, то одинокий стрелок, пусть и очень хороший по словам Масуда, вряд ли сможет что-то сделать.
С другой стороны, если верить тем слухам, что им удалось собрать, выходило, что хашмиты верили в то, что сам Шехар был мёртв. Умер в тех пещерах, когда Мак’Мертон затопил подземные пещеры под «Колыбелью». Что же, ему не впервые становится живым мертвецом, не так ли?
Минуты через две над головой раздалось лёгкое, пробивающееся сквозь вой ветра гудение. Почему-то Шехар думал, что если Ашиит и появится, то сделает это на своей обычной машине. Старик любил жить с комфортом. Но, нет. Совершенно обычный на вид и не особо привлекающий вид флаер скользнул по воздуху над его головой и пошёл на новый круг. Пилот, очевидно, искал место для посадки. Бывший принц проводил машину взглядом, следя за тем, как та плавно опускается на землю в десятке метров от него.
Он так и не сдвинулся с места, когда дверь флаера открылась, поднялась наверх и наружу выбрался пожилой мужчина в светло-коричневом сари. Когда-то Шехар считал, что знает его. Когда-то ему даже доверял.
Теперь же видел в нём лишь инструмент. Способ добиться своих целей. Не больше и не меньше. Предательство оставило слишком большую рану на его сердце, чтобы он мог просто забыть о случившемся и простить того, кого считал роднёй.
Ашиит остановился в нескольких шагах от него.
— Шехар, я же просил Пандара передать, что встречаться здесь — не безопасно. Если бы только согласился прилететь ко мне...
— Однажды я уже поверил в твоё гостеприимство. Мы оба помним, чем всё закончилось. — жёстким голосом оборвал старика Шехар.
На лице Ашиита мелькнуло что-то похожее на разочарование и... сожаление? Шехар не успел понять, что именно это было. Слишком быстро всё произошло.
— В то время у меня не было другого выбора, — попытался оправдаться Ашиит и в тоже мгновение понял, насколько жалко звучат его слова.
— А сейчас, значит, выбор у тебя появился?
В голосе бывшего принца звучала неприкрытая издёвка. Он попытался. Честно попытался. Но ядовитый сарказм из голоса не исчез, как бы он не старался.
— А сейчас его осталось и того меньше, — вздохнул старик и Шехару показалось, что в этот миг тот стал лет на десять-двадцать старше.
Ашиит вообще выглядел хуже, чем в тот день, когда он его видел. В осанке уже не присутствовала та железная, несгибаемая воля. Спина ссутулилась. Под глазами появились мешки.
— Почему твои люди помогли нам... Нет. Не так. Почему это сделал ты, Ашиит? Мы оба знаем, что они не сделали бы этого без твоего приказа.