Броню она так до сих пор и не сняла.
— Не беспокойтесь, Элизабет, — доброжелательно произнёс Кишан. — Пусть я и далёк от того, чтобы меня называли праведником, но не лишён определённых принципов. Я не занимаюсь детской проституцией и не торгую ими, как Гасим. Этих детей увезут за город. Подальше от Синангара. Там у меня есть достаточно большое поместье с плантацией...
— Заставите их работать?
— Да бог с вами, — отмахнулся от неё преступник. — Прекрасное место на берегу моря. Много места. И нет, работать никто из них не будет. Там они смогут прийти в себя от всего этого ужаса. Я же не законченное чудовище. Не переживайте, мы позаботимся об этих детях. Поверьте, никто их и пальцем не тронет. Мне самому омерзительно то, чем занимался Гасим.
— Но его лабораторию и оборудование по производству наркотиков вы всё же заберёте себе, — заметил Райн.
— Ну, пусть я и не лишён определённых принципов, но и далёк от того, чтобы меня называли праведником, — развёл руками в стороны Кишан. — А бизнес — это бизнес. В конце концов, я же не заставляю людей становится наркоманами. Они сами делают свой выбор.
— Удобная позиция для не лишённого принципов торговца наркотиками, — ядовито произнесла Лиза.
— Я тоже так считаю, — улыбнулся ей Кишан. — И, не могу не отметить, что я крайне поражён тому, с какой эффективностью вы выполнили мою просьбу. Что же, раз у нас был договор, то и я готов выполнить свою часть. Надеюсь, вы организуете мне встречу с принцем?
Последнее слово он произнёс с лёгким, едва заметным сарказмом в голосе. Как никак, Рахару называли Королём преступного мира Синангара.
— Сделаем, — Лиза посмотрела на то, как Рама заворачивает в одеяло девочку, которую держал на руках и что-то говорит ей. Рядом с ним стояли Аша и Франческа, помогая другим малышам. — Я сегодня свяжусь с ним.
— Прекрасно. Буду ждать с нетерпением, — губы Кишана изогнулись в ещё одной добродушной улыбке. — А теперь, прошу меня простить. У меня ещё полно дел.
— Знаешь, у меня ощущение, что мы просто помогли одной ядовитой змее сожрать другую, — произнёс Райн, глядя на то, как люди Рахары заботливо грузят малышей в стоящий грузовик, предлагая им еду, воду и даже какие-то сладости. Нет ничего лучше, чтобы успокоить голодных ребятишек и завоевать немного их доверия.
— Потому, что так оно и есть, — вздохнула Лиза. — Если он мне соврал насчёт детей, то я ему ноги вырву.
Сказано это было таким голосом, что Том ни на секунду даже и не подумал сомневаться в её словах. Именно так она и поступит.
Глядя на этих малышей, Райну вдруг пришла в голову мысль.
— Слушай, я хотел у тебя кое-что спросить...
Они тихо разговаривали друг с другом, пока люди Кишана продолжали выносить из бывшего логова Гасима всё ценное, а другие помогали найденным в подвале детям.
Только всё внимание двоих людей было в этот момент прикованном лишь друг к другу.
Любой бы, кто сейчас посмотрел на них двоих, смог бы заметить счастливую улыбку на лице рыжеволосой девушки и лёгкое смущение сидящего рядом с ней парня.
Между тем, Рама заботливо помог маленькой девочке со светлыми волосами залезть в кузов грузовика, не забыв дать ей плитку шоколада.
Как Кишан и сказал, он далеко не праведник.
Но и не лишён определённых принципов.
Этим детям не будет более ничего угрожать. Их отвезут за пределы города, где у Рахары имелось своё крупное поместье. Там все они получат медицинскую помощь, будут накормлены и смогут отдохнуть и отойти от всего ужаса, что с ними случился.
О них будут заботится. Тщательно и внимательно. И уже через несколько дней, они будут счастливы, что оказались здесь.
А через несколько лет большая часть из них вырастет.
Лишённые семей и родных, они будут знать лишь одного человека, что спас их и позаботился в тяжёлый час. Того, кто будет периодически приезжать в поместье и помогать детям, привозя им еду, игрушки и прочее.
Всего через пять лет, самые старшие из этих детей войдут в организацию Кишана Рахары, видя в нём человека, что не просто спас их, а подарил новую, куда более хорошую жизнь, когда предыдущая практически превратилась в чудовищный кошмар.
И их преданность будет абсолютной.
Как у детей к любящему отцу.
В конце-концов, пусть Кишан и не лишён принципов, но он далеко не праведник.
Но, во всей это истории имелась ещё одна крайне любопытная и печальная деталь, которую, по незнанию, все упустили.
Кусочек одной трагедии, что привела к другой.