- Ничего они не знают! Здесь всё под контролем Магистерата.
Аня умолкла. Она выглядела уставшей.
- Сколько я могу здесь пробыть?
Настя испугалась, что та может уйти, оборвав последнюю связь с родным миром, последнюю надежду.
- Возьми меня с собой!
Аня улыбнулась.
- Ты что? Думала, что брошу тебя? Я просто хотела понять, насколько здесь будет безопасно, пока найдём способ.
- Сюда днём никто не ходит. Только я.
- Настя, - Аня обняла девушку, - как я рада, что встретила тебя! Теперь всё получится!
Днём Аня тихо сидела в будке над эстакадой. Настя старалась даже не поглядывать в ту сторону, чтобы не привлечь ни чьё внимание, однако зорко следила, за лестницей, ведущей наверх. Она также как обычно делала всё, что скажет мастер Горв, но откручивать и закручивать гайки, отмывать от ржавчины и мазута детали, полировать трущиеся части, находить течи в масляных цилиндрах получалось быстрее и время летело, как облака в фильмах с ускоренной съёмкой. С нетерпением ждала ночи, когда все уснут, и она сможет отнести еду девушке наверху. Ей хотелось узнать, что придумает Аня для побега.
Настя верила ей. Аня казалась весёлой, смелой. Она смогла сама выжить в этом чужом мире и найти друзей. Причём не самых простых. Связаться с бандитами, ограбившими конвой Магистерата было очень опасно. Она не только выкрутилась так, что её не убили, а ещё и приняли в банду. Но, с другой стороны, может у неё и выбора не было.
- Настя, - заметил мастер Горв, - ты сегодня просто цветёшь! Вчерашняя прогулка пошла на пользу? Как тебе сиднеисский сад?
Скребок, которым она откалывала затвердевшую смазку с торца шестерни, соскочил, стесав кожу на пальце. Неосознанно она взяла его в рот, языком очищая ранку. Настя вспомнила о Соране, и назначенной свадьбе, и тайных манускриптах библиотеки Магистерата. И о жестоком Верховном Инквизиторе, едва не сгноившем Аню в тюрьме. Она весь день сегодня мечтала, как вернётся домой, в свой маленький город, утопающий весной в вишнёвом цвету. И надо это сделать до того, как продадут в качестве невесты в другую семью. Верховный Инквизитор заботился, устраивая её будущее. Выбрал мужа, обеспечил приданым, назначил день свадьбы. А об этом она сегодня совсем не думала.
От такого внимания хотелось бежать подальше. Она ещё сильнее чувствовала себя как в ловушке. Надо сказать Ане о сроках. Надо спешить.
Когда Аня услышала о предстоящих событиях, беззаботно сказала:
- Вот и хорошо. Сделаем так, что из-за свадьбы они потеряют бдительность и не поймут, как ты сбежала.
- Но как? Я же там в главной роли!
- Вот именно! Надо подготовиться. И подумать! Делай вид, что всё идёт как обычно.
Настя вздохнула. Она во всём полагалась на Аню. Про глупую затею с ведьмовским зельем и видением волшебного озера решила не говорить. Разве можно верить сну? А Аня была здесь, перед ней, знающая, с кем договориться, куда пойти, что предпринять.
Утром посыльный принёс большую коробку. Настя спускаясь в гостиную, увидела, как три дочери Доны и она сама ахали над подарком. Они боялись прикоснуться к необыкновенно красивому платью, предназначенному невесте. Верховный Инквизитор позаботился и об этом.
Настя не могла понять из какой ткани был соткан лиф. Он походил на голограмму и украшался мельчайшими кристаллами, сверкающими от малейшего луча света. Длинная юбка пленила взгляд роскошным шлейфом. Настя сначала категорически отказалась мерить подарок, но уговорам Доны долго противостоять не смогла. Платье сидело точно по фигуре, подчёркивая тонкую талию и высокую грудь. Но вместо радости от подарка, стало очень грустно. Её готовили, как корову на убой, облачая в ритуальные одежды.
Ночью снова украдкой отнесла еду Ане. Сидела, обхватив колени руками, смотрела, как та ест. Сказала грустно, думая о неизбежной свадьбе.
- Инквизитор мне свадебное платье подарил. Красивое.
- Понятно. Хочет своим правом воспользоваться.
- Каким?
- Первой брачной ночи. Он твой покровитель, ему можно.
Настя взволновалась:
- Что за бред? Они что здесь, совсем дикие?
- Ну этому есть объяснение. Чтобы такие как он не переводились в этом мире. У нас же тоже такое практиковалось где-то. Передача генетики.