- Что мы делаем на праздники? - спросил я у Кати.
- То же самое я хотела спросить у тебя.
- Можно встретить с моими друзьями.
Понеслись вопросы: «А сколько человек?», «Женатые?», «А у кого из них?», «По сколько скидываться?».
- Слушай, - взял я Катю за руки. - Если ты не хочешь ехать, то так и скажи. Незачем искать причины.
- Максим, я-то хочу. С тобой куда угодно, но я уже девчонкам пообещала.
В любых отношениях наступает момент, когда нужно принимать решение, чем жертвовать - дружбой или любовью. Обжегшись однажды и слишком многое вложив впустую в прошлых отношениях, я сделал вывод, что поступки партнёра намного важнее слов. Оставалось сделать болезненную своему сердцу проверку - понимает ли это Катя?
- Поговори со своими девчонками, пойдут ли они?
Молчаливое напряжение длилось пару часов. Моего актёрского мастерства хватило на весь фильм и чашку кофе, после чего Катя сдалась первой и стала мне как ни в чём не бывало рассказывать про своих подруг и их отношение к парням. Порядка восьмидесяти процентов рассказов касались пресловутой Карины, которая в моём подсознании уже сформировалась как мифическое существо или устоявшийся персонаж фольклора. Из полученной информации я для себя понял, что эта непривередливая секс-бомба в состоянии изрядного подпития может устроить оргию и испортить всю вечеринку. Следовательно, её присутствие на празднике я посчитал крайне нежелательным и в душе понадеялся, что все Катины «девочки» не захотят тусить с «мальчиками».
Тем временем, в офисе готовился коктейль из двух крайностей: подготовки к корпоративу и сдачи «Договорной кампании». В последнее я не особо старался вникать из-за массы текущих вопросов, а также благодаря сработавшему инстинкту самосохранения. Мне искренне было жаль менеджеров, которые носились по офису, обрывали телефоны и надрывали голосовые связки под флагом «улучшения коммерческих условий». Моей задачей на этом поприще было всего лишь поддержание документооборота. Бумажки отправить-получить, новые условия в 1С внести. Видя, как Шаха всех беспощадно жарил, вникать глубже не хотелось. Более того, он был настолько агрессивен в этот период, что срывался даже на меня. К примеру, Олег мне поставил задачу откорректировать в программе все разногласия по цене. Подобное случается, если поставщик отгрузил товар по цене дороже той, что внесена в программу. «Вектор» - программа со своими странностями. К примеру, несмотря на то что у вас по поставщику цены не меняются, с ночным обновлением она может затянуть те, которые действовали пять лет назад. В таких случаях приходилось писать служебную записку с просьбой откорректировать цены в пользу поставщика. Как и в любой уважающий себя компании, главная задача в подобных бизнес-процессах не только почистить грязь, но и найти виноватого, на которого можно повесить убытки (временные затраты на обработку подобного рода бумажек - тоже убытки). Поэтому, помимо текста служебки «Казнить нельзя помиловать» необходимо предоставить доказательства того, что инициатор служебной записки полностью невиновен. Ещё лучше, если в тексте будет указано конкретное лицо, нанесшее ущерб компании. Поэтому, чтобы полностью доказать свою невиновность и непричастность, я дополнил свою служебную записку шестнадцатью распечатками каждой накладной, которую рвало по цене (я не поленился выделить цветным маркером позиции и цены) и реестр всех переоценок, проведённых в программе за последние пять лет. Олег поставил свою визу не глядя, лишь уточнив мою непричастность к косяку. Реферат на тему «Исправьте цены» пролежал три дня в лотке у Шахи, и я уже успел забыть о нём, когда кабинет разорвало громогласное «Ефименко, подойди!». Глубоко дыша ноздрями и выпучив глаза, он нервно перелистывал все мои распечатки.
- Что это?
- Служебка на корректировку цен.
- А это всё зачем?
- Чтобы...
- Чтобы что? Какую смысловую нагрузку оно несёт? Что я в этом могу понять?
За меня ответил подошедший Олег.
- Глюк в базе. Максим подложил все расходные, чтобы бухгалтера видели, что им надо править. На этом листе видно, что цена подтянулась к старой, пятилетней давности.
- Почему так происходит? - тон свидетельствовал о моральной капитуляции.
Олег передёрнул плечами.
- Мы же не ай-ти. Это к ним вопрос.
- То есть мне надо встать и пойти к Юркову, чтобы уточнить, почему так происходит?