Как мы знаем, инициатива имеет инициатора.
- По вот этим мелким поставщикам будешь сам вести переговоры, - сказал Олег, указывая карандашом в монитор. - Крупных я беру на себя.
С одной стороны, мне льстила ответственность такого уровня. С другой, страшно было облажаться. Страх - синергия факторов не понимания. Он включает в себя как нехватку информации для анализа, так и факт отсутствия опыта. «Пилюля» простая и очевидная - собери информацию, начни делать, со временем придёт опыт. Наметив себе цели и сформулировав ответы на самые банальные вопросы и аргументы поставщиков, я прогнал мандраж.
Первым под раздачу попал поставщик овощной консервации. Это была победа, выбитая за тридцать минут хлёсткими ударами шантажа. «Дело ваше, но если не договоримся, возможен вылет из сети, на который я повлиять не смогу. Вы же помните, как летом один из ваших конкурентов был оптимизирован» - главное, не забывайте имитировать сочувствие и сопереживание. Процент безвозвратности, который мы подписали, был больше процента списаний за один календарный год. Оплата за товар по реализации устраивала «Корзинку» более чем. Кто-то отжимался так же легко, кому-то нужно было почувствовать боль в форме закрытия к заказу. Я был доволен собой. Олег был доволен мной. Дамир... никогда никем не был доволен, кроме себя. В целом, переговоры на корпоративном уровне при авторитарном стиле управления это нечто абсурдно-забавное. Если коротко, то всё выглядит так: жмёшь поставщика, жмёшь, он пытается успокоить дрожь в руках и скрыть вспотевшие ладони, выдаёт чуть ли не плачущим голосом компромиссное решение и ты весь такой суровый, жёсткий и конкретный изрекаешь: «Пойду у папки спрошу, можно так или нет». В целом, за корпоративным пафосом всегда скрывается обычная человеческая бытовуха. Это как «Кушать подано», только произнесённое на иностранном языке. Понял или нет, всё равно суть будет одна и та же. Так и в переговорах с руководителем авторитарного типа. «А папа сказал делать вот так».
Когда наш департамент пытались озадачить любыми побочными заданиями, Дамир эффективно отмахивался: «У менеджеров Договорная кампания». Далеко не многие понимали значение этого термина, но участливо кивали. Был, правда, один административный ресурс, против которого Шаха переть не мог - генеральный директор.
В начале ноября случилась забавная вещь. Персонал одного из магазинов решил, что их за людей не считают (работают больше, чем зарабатывают; кадров дефицит - дыру закрывать некем) и всему виной - операционный директор, который стоял во главе пирамиды их департамента. Решив найти сострадание в сочувствии рассудительного генерального директора, «казаки» написали письмо «турецкому султану», адресовав его в приёмную. Генерал вызвал к себе операционного и вежливо попросил разобраться. Авторы и единомышленники письма были уволены по причине операционного саботажа и нарушению служебной иерархии. За две недели, конечно же, в таком количестве притока свежей крови не случилось, поэтому с ближайших магазинов сняли часть персонала и направили в этот.
В середине декабря приказом генерального директора было постановлено, что каждый сотрудник должен выбрать три рабочих дня и отработать на магазине, помогая персоналу с приёмкой поставщиков и выкладкой продукции. Плюясь и чертыхаясь на кусок лишней нагрузки, мы частично погрузились в операционные будни.
Один день я чувствовал себя кем угодно, но не человеком, прибывшим на усиление. Огонь энтузиазма, с которым я взялся за дело, выставляя ассортимент алкоголя к новогоднему столу на полки торгового зала, улетучился в районе обеда. У регулярных сотрудников магазина он растягивался часа на четыре. До этого времени ваш (и, как выяснилось, их) покорный слуга за короткий промежуток времени наполнил витрину с шампанским, которое, по словам Андрея, реально купить только со склада. Лазил в погреб за акционными мандаринами, потому что у кладовщика болит нога и никто его заменить не может. Феерией стала моя победа над боязнью высоты, когда я доставал с верхушки стеллажа ящики с конфитюрами, из-за отсутствия которого бабушка в торговом зале устроила скандал.
- Я больше туда не поеду. Они вообще ничего не делают. Постоянно гоняют чаи и тусят в курилке. Олег, один товаровед принимает товар, а человек пять просто стоят рядом и подбадривают его. Сам товар вообще не спешат выставлять в торговый зал. Мы тут сидим, продажи анализируем, а больше половины того, что должно приносить доход, спокойно, как так и надо, стоит на складе.