- Олег, хорош гнобить Ефименко, уже приелось, - заступился как-то за меня Женя.
- А ты сам уже всё сделал? Где таблица по планам на договорную?
- Олег, задачу поставили утром. Завтра таблицы не будет как ты хочешь. Нужно три дня минимум.
И он заткнулся. Со мной же случилось следующее...
Всю ночь я долбал эксель, чтобы успеть к десяти часам утра, как велел Олег. В три двадцать я закончил, кликнул на иконке «Закрыть», «Сохранить внесённые изменения в Договорная План?», машинальный клик «Нет». И никаких промежуточных черновиков, никаких временных файлов с автосохранением. Ничего, кроме разочарования и злости - взболтать, но не смешивать. Я приехал на работу к семи утра, но это не спасло положения. Мог бы справиться к часам четырём.
- Максим, где файл по договорной? - очень жаль, что чайник находился рядом с его столом.
- Будет готов к четырём.
- Да, что-то я переоценил тебя.
И мне стало так обидно, как никогда в жизни. До побелевших костяшек и комка в горле. Трясущимися руками я налил себе чай и вернулся за свое рабочее место. Ступор от бурлящего внутри меня коктейля эмоций был такой, что просто невозможно было сосредоточиться на чем-то конкретном. Более того, я не хотел ничего делать. Всё сразу стало бессмысленным.
- Если хочешь, - гласило сообщение от Маши в Skype. - У меня есть валерьянка.
- Не надо.
Комок в горле жестоко подпирал. Заскучал по временам, когда самой большой проблемой была домашка по математике, а разочарование - безответная любовь девочки Маши.
Непроизвольно выступили слёзы, и я вылетел из кабинета - ещё не хватало разреветься как девка перед всеми. Эмоции непроизвольно вылились на Головко, которого я встретил в коридоре.
- Ты дашь мне рекомендации, если я сошлюсь на тебя в резюме?
- Что случилось?
- Ты рекомендации мне дашь, если я сошлюсь на тебя?
Вместо вопроса с нажимом получилось мямлящее нытьё.
Минут пять в переговорке Головко ждал, когда я успокоюсь и приду в себя.
- Что случилось?
- Я не могу с ним работать.
- Конкретней.
И я всё рассказал. По порядку, максимально (но безуспешно) абстрагировавшись от статуса потерпевшего. Больше всего Головко позабавил тот факт, что никто кроме Андрея с ним не здоровался.
- Ему просто никто руку не жмёт?
- А он её и не подаёт. Заходит, «Привет» и всё.
- Понимаешь, Максим, вам с Олегом сейчас очень тяжело. Он не адаптировался к своей должности, ты ещё зелёный, не обстрелянный. Не смотри так на меня, у нас откровенный разговор. Тем более, в этом ничего зазорного нет, ты вон как стрельнул без опыта работы в закупках. Многие должности категорийного и за тридцать лет выслуги не видят.
- Я этого не просил.
Головко вздохнул, подался чуть вперёд.
- Дамир очень тяжёлый человек. Хочешь верь, хочешь не верь, а многое в компании двигается только за счёт его невменяемости. Я не к тому, что назначение тебя на должность категорийного - безрассудное решение. Просто... Это был очень большой риск для компании. Олег... неплохой специалист, но с Дамиром очень непросто работать. Когда я был начальником отдела, я всё, что он мне говорил, тушил в себе и не выплёскивал на вас, потому что понимал, что вам нужно задачи ставить, а не перекладывать мой моральный груз. Олег пока так не может. Он или адаптируется, или, к сожалению, у вас будет новый начальник отдела. Не всё нужно воспринимать на свой счёт и близко к сердцу. Не на каждую задачу нужно бросаться как дикий волк. Не всегда нужно выдерживать те сроки, которые требует руководство. Никто кроме человека, непосредственно сталкивающегося с задачей не может точно определить трудоёмкость и затраты времени. Эти злые начальники из анекдотов ездят на подчинённых только потому, что те позволяют это делать.
- В их руках сосредоточенна власть.
- Власть у тех, кто двигает прогресс. И все это прекрасно понимают. Просто если бы те, кто под ними, не боялись и чаще думали, то всё было бы несколько иначе.
- Ты только что подтвердил одну из моих гипотез.
- Потому что это очевидно. Ты должен понять и простить Олега. Это перед вами он пытается казаться таким сильным. На самом деле два дня назад он с истерикой швырял Дамиру заявление и мне пришлось его успокаивать так же, как сейчас тебя.
Мы немного помолчали.
- Что дальше планируешь делать, Максим?
- Не знаю. Уволиться хочу.
- Я бы на твоём месте остыл и ещё раз всё взвесил. Рабочие моменты на то и рабочие, чтобы с ними сталкиваться. Тебе нужно окрепнуть и станет легче. С Олегом ты вообще говорить пытался?
- Раза три или четыре дергал его. «Я занят», «Мне некогда» и всё в таком духе.