— Сэр... — жалобно заскулила я. — Можно...
— Что, моя девочка, — он, словно издеваясь, провел пальцем по моей груди.
— Потрогайте меня, — захныкала я. — У меня не получается…
— А кто сказал, что от наказания ты сразу получишь удовольствие? — мужчина ещё раз тихонько коснулся моей груди. — Все это для моего наслаждения. Для услады моих глаз и ушей. Вот и работай. Приноси мне наслаждение.
— Это жестоко, — всхлипнула я, не в силах взять себя в руки.
Слезы привычным образом скопились в уголках моих глаз.
— Да-а, — томно протянул он. — Мне нравятся твои слезы. Плачь. Не стесняйся. Я хочу видеть тебя такой.
— Униженной? — я не удержалась и все же пустила слезу.
— Нет, — твердо заявил он. — Честную, без всяких масок. Поэтому я и просил тебя прийти ко мне без макияжа.
Я снова протяжно заскулила, когда вибрация усилилась.
— Моя девочка, — пожалел меня Рейнер, погладив по голове. — Ну что ж, пришло время тебе помочь. Ты достаточно долго мучилась.
— Да, сэр! — я уже плакала не сдерживаясь. — Прошу вас!
— Сделай глубокий вдох, — снова приказал Рейнер, обещая мне теперь долгожданную разрядку.
Глава 20.
Я сделала новый вдох и тут же всхлипнула, измученная столь острой стимуляцией.
— Я уже говорил тебе, что ты не будешь кончать от игрушек, — напомнил он. — Только от меня или моих рук. Для меня это принципиально. Один раз ты поймёшь, что я тебе не нужен, и уже не будешь так стараться.
— Я поняла, сэр, — снова захныкала я, но тут он нажал на кнопку и остановил вибрацию.
Стон облегчения разлился по салону, и я немножко успокоилась.
— Сейчас я вытру мою измученную девочку и снова заведу, — сообщил он, изящными пальцами вытащив влажную салфетку из пачки.
Мысль о том, что у меня будет ещё одна интимная стимуляция напугала меня. Мне казалось сейчас невозможным заново испытать возбуждение.
Не то, чтобы я боялась теперь близости, но то, что мне нужно передохнуть и успокоиться — это точно.
Однако мой Доминант ждать не стал. Он принялся действовать медленно и плавно, словно хотел загипнотизировать меня.
Для начала он вытер мне лицо от слез. Тщательно, аккуратно. Он делал это со знанием дела. Не тянул кожу и старался сохранить остатки макияжа.
Затем он вытащил новую салфетку и вытер мне грудь. Кажется, к тому моменту я уже перестала чувствовать действие геля на себе. Но все равно знать, что мне больше ничто не угрожает было приятно.
— Это преступление: прятать такую красивую грудь в тиски бюстгальтера, — проговорил он, склоняюсь над моими вершинками.
Облизнув губы, Рейнер провел языком по вершинкам, зажал их губами и мучительно потянул на себя.
Я машинально потянулась за ним и снова застонала. В этот же момент мужчина извлёк из меня игрушку и отложил ее на салфетку.
Закусила губу от смущения, я подумала о том, что на игрушке остались следы моего возбуждения. Мне будет крайне неловко, если Рейнер сотрёт эти следы сам.
Но Рейнер не дал мне погрязать в своем стыде. Его пальцы тут же подкрались к моей промежности и растерли оставшуюся влагу. Его губы продолжали мучить вершинки, отчего я выгибалась колесом.
— Сэр... — томно застонала я, понимая что он завел меня за секунду. — Сэр...
— Что, моя девочка? — спросил он, растирая мои нижние губки.
— Сэр... — моя речь стала бессвязной.
Теперь слово «сэр» само по себе приносило мне облегчение.
— Говори, моя девочка, — он стал интенсивнее растирать меня. — Скажи мне все. Я постараюсь тебе угодить.
— Пожалуйста... я так измучилась, — взмолилась я.
Мне уже не хотелось ни ласк, ни прикосновений. Только бы наступила разрядка. У меня не осталось ни сил, ни влаги в организме.
Рейнер в последний раз лизнул мне грудь, а затем грубо зарылся в мои волосы и впился мне в губы. Его пальцы ещё интенсивнее растирали мои складочки, и временами проскальзывали в меня. Но совсем на чуть-чуть, что никак не приводило к разрядке.