— Я так устаю, правда, — она попыталась оправдаться, — в издательстве мне еще одну книгу прислали на ревизию. Я буквально сутками читаю эту дребедень, которую сейчас пытаются пустить в печать, и еле сдерживаюсь, что не сжечь это к чертям собачим. На носу еще сессия, я вообще не понимаю, когда мне спать.
Даня молча выслушал ее и поджал губы.
— Еще и Бустер этот, — добавила Соня тише, — вообще никуда не вписывается, если честно.
Друг продолжал молчать.
— Ну Дань, — она остановилась и полностью повернулась к нему, — ну зачем обижаться-то?
— Соня, ты хоть помнишь, когда мы с тобой куда-то выбирались, а? Чтобы как в старые добрые отдохнули, посмеялись от души. Помнишь?
— Помню, конечно, — Громова тут же кивнула, — мы с тобой ездили на великах кататься. Забыл что ли?
— Это было полтора месяца назад, Громова, — Смирнов закатил глаза и двинулся дальше. Девушка вздохнула и поджала губы. Если он называл ее по фамилии, то дело плохо.
— Ладно, — она еле выдавила из себя это слово, — схожу с тобой на эту вечеринку. Но только пообещай, что не будешь знакомить меня со своими отстойными однокурсниками.
— Ес! — парень тут же схватил ее в объятия. — Я знал! Я знал, что ты у меня идеальная!
Соня улыбнулась и высвободилась из объятий. Даня буквально светился, что безусловно обрадовало девушку. Она обожала дарить ему радость, потому что в такие моменты друг казался ей воплощением ангелочка.
— Но с однокурсниками потише, детка, — он иногда называл ее этими тупыми кличками, — они все-таки тоже мои друзья.
— Да, но они же знают, что мы с тобой не просто друзья, а друзья-друзья? — тут же уточнила Громова, хитро улыбнувшись. Смирнов почти что задохнулся от возмущения.
— Ну естественно.
Соня шла на второе занятие со Славой в приподнятом настроении.
Прогулки с Даней шли ей на пользу. Она не могла дождаться, когда он придет к ней на марафон «Сумерек», чтобы пересмотреть эту серию фильмов, но пока у них обоих шла усиленная подготовка к экзаменам, они оба довольствовались лишь коротенькими встречами в парке или кафе.
Такая перемена в общении была принята не сразу.
Они оба выросли в одном районе, на одной улице, в одном подъезде. Они учились в одном классе, вместе ходили в музыкалку учиться играть на гитаре, летом разбивали коленки и строили снежные замки зимой чуть ли не до одиннадцатого класса, оправдываясь тем, что в Сибири грех этим не заняться, когда снега выпадает почти метр в высоту.
Но с переездом в Москву они заметно отдалились друг от друга. Учились в разных концах города, жили далеко друг от друга и Даня стал какой-то особенно обидчивый. Громова с замиранием сердца ждала, когда он ей позвонит, и с чистейшим удовольствием бросалась к нему в объятия при встрече. И даже тот факт, что, скорее всего, она будет чувствовать себя ужасно на какой-то там вечеринке загородом, не отменял ее предвкушения провести с Даней время.
В «Гоголе» как обычно было тихо. В основном, все присутствующие сидели, уткнувшись в ноутбуки или учебники. Сона поздоровалась с Гришей и села за ее любимый столик у окна, где они занимались в прошлый раз. До начала занятия было около 10 минут, поэтому она, не торопясь, разложила все необходимое на столе и быстренько принялась проверять домашку, которую задала Бустеру и которую он выслал ей.
Ошибок было море, но Громова признала, что все они были только в сложных задачках. С простыми заданиями парень справился на отлично, если, конечно, не обратился к помощи всемогущего гугла.
6 минут прошло, а Славы все не было. Девушка решила, что, быть может, неправильно написала время в своем сообщении, но, проверив, убедилась, что он просто опаздывает. Надеясь, что он помнит про ее правило 10 минут, Соня достала книгу и попыталась погрузиться в историю, но как назло опять ничего не вышло, как и в прошлый раз: ей было очень волнительно и приятно думать о том, что она сможет повеселиться с Даней. Наконец-то, ей удастся поговорить с ним и подробнее узнать, как он.
Когда Громова поняла, что сидит уже 10 минут, ее позитивный настрой начал стремительно меняться в обратную сторону. Она решила, что не будет подводить свое правило 10 минут, но что-то ее остановило и она решила подождать еще минут 5. За эти 5 минут она осознала, что воспоминание с их первого занятия не дало ей уйти: Слава выглядел, как будто он пробежал марафон, чтобы успеть на урок, и это ей польстило.
Но и через 5 минут он не появился. В Соне уже начинала закипать злость и она встала, оделась, чтобы, когда Бустер придет, немного его помучить, так что со стола ничего не собрала. Когда часы показывали 18:20, что говорило о двадцатиминутном опоздании, Леонтьев явился.