И тут земля под ногами дрогнула. Сначала чуть заметно, а потом так, что мелкие камни заскакали по сухой почве.
Далеко впереди поднялось марево, будто от жары. Но марево быстро стало плотнее, темнее… и прорезалось множеством кривых силуэтов.
Орда.
Без командиров, без координации — просто лавина тел, мясо и зубы. Но мясо, которое несётся так, что трещит земля.
Не от горизонта до горизонта, но десятки тысяч точно.
— Значит, хотите задавить числом? — пробормотал я, вставая.
Улыбнулся, чувствуя, как привычное предбоевое спокойствие разливается по телу. — Ну, попробуйте.
Я отступил на десяток шагов и активировал первый узел.
В стороне, куда уже вбегала передовая волна Скрулов, земля рванулась вверх, и в воздухе на миг вспыхнула ало-золотая пентаграмма. Из её центра, с хрустом камня и визгом воздуха, вырвались каменные пики, пробивая тела монстров и вбивая их в землю, как тряпичные куклы.
Вторая ловушка сработала чуть дальше — тонкие линии вспыхнули в воздухе, словно кто-то чертил их раскалённым клинком. Лезвия ветра рассекали всё на своём пути: плоть, кости, даже чешую командных особей. Пара десятков тел рухнула, так и не успев понять, что произошло.
Я двигался зигзагом, активируя закладки одну за другой. Пентаграммы вспыхивали короткими яркими всполохами — здесь взрывная вязь поднимала в воздух каменную крошку и острые осколки, там — гравитационный узел сбивал монстров с ног, сбивая темп их атаки.
И всё же орда продолжала напирать. За первой волной шла вторая, за ней — третья. Каждый метр приближал их ко мне, но и каждый метр был усеян сюрпризами, в которых я предусмотрел всё: от подрыва магических жил в земле до банальных острых кольев, замаскированных под траву.
— Ну, давайте, — выдохнул я, включая следующий узел, где земля под десятками лап вдруг раскрылась, уводя их в тёмную, глубокую яму, стены которой тут же обросли шипами.
Грохот, вой, запах крови — всё смешалось в одно вязкое, тянущееся полотно боя.
Ловушки гасли одна за другой.
Запасы заранее вложенной энергии таяли, как вода в песке, и орда это почувствовала. Давление усилилось. Монстры уже не шарахались от вспыхивающих узлов — те, кто видел, как их собратьев пронзают пики и режут воздушные лезвия, лежали мёртвыми, а остальные шли вперёд, давя массой.
Я выдернул клинок и сорвал пару печатей с доспеха — поток силы вернулся, пробежав по телу горячей волной. Магия поднялась, подчиняясь воле, и вокруг загустил воздух.
— Ладно… теперь по-взрослому, — пробормотал я, шагнув вперёд.
Первая сотня ворвалась в радиус досягаемости. Клинок пошёл по дуге, вплетая в каждый удар импульс силы, и монстров буквально вышвыривало в стороны. В свободной руке пульсировала сфера сжатого воздуха, которую я швырнул в сгрудившуюся толпу — взрыв отбросил их на десятки метров, ломая кости и выворачивая суставы.
Ментальное давление попыталось пробиться снова — значит, где-то в глубине всё же были командиры. Я перехватил этот импульс, сорвал с него защитный «шум» и отправил обратно. Крик десятка тварей слился в одно протяжное, почти человеческое, прежде чем их головы лопнули, как перезрелые фрукты.
Кровь уже текла ручьями, и земля под ногами стала скользкой. Но орда не отступала — она катилось дальше, теперь уже без тактики, в тупом, но упорном желании задавить.
Я поднял руки, разрывая энергетическое поле прямо перед собой. Из трещины вырвался огонь, в одну секунду превративший первые ряды в факелы. Их крики сливались с ревом живых, но новые всё шли и шли.
Где-то внутри я ощутил, что время уходит. Либо я переломлю их прямо сейчас, либо меня просто затопчут числом.
Позади рваных рядов, среди обугленных тел и дыма, поднялась фигура, от одного вида которой по коже пробежал холодок.
Не командир стаи, не рядовой мясник, а нечто куда опаснее. Сила от него шла, как от буревестника перед штормом. Я уже знал — в прямой драке мне его не перетереть. И он это чувствовал тоже.
Он остановил орду одним взглядом и, словно смакуя каждое слово, произнёс:
— Ты слишком поверил в себя, человек. За это люди заплатят. Через пару месяцев мы пробьём брешь у стены, и священный огонь орды сожжёт их города.
Я криво усмехнулся:
— Знаешь, какую магию я люблю чуть больше, чем проклятия и тёмную магию?
Скрул прищурился:
— Какую же?
— Хорошо, что спросил, — я сделал шаг вперёд. — Это магия крови. Особенная штука. Требует уйму нюансов, условий, подготовок… но есть один простой способ обойти всё это.
— Какой? — спросил он, явно уже предчувствуя подвох.