Я тихо ликовала — хоть какая-то польза от этих тренировок.
Когда у меня уже голова пухла от истории костюма и названий деталей одежды, а у Жанны даже не собирался заканчиваться запас вдохновения, раздался стук в дверь.
— Здравствуйте, Жанна Александровна! Вы сегодня как всегда прекрасны! Если вы не против прервать занятие, я сопровожу Аду на следующее! — Алексей так и светился лестью, но Жанна пребывала мыслями все еще в эпохе Возрождения и не оценила этого.
— Ах! Конечно-конечно! Уже время! Как оно быстро летит! Благодарю вас, Алексей! Встретимся с вами завтра, Адочка! — проворковала тетя Жанна и, рассеянно улыбнувшись, углубилась в модные журналы.
«Адочка», передернуло меня. Да меня так даже в детстве не называли, но, посмотрев на Жанну, я успокоилась — злиться на нее было глупо.
А вот улыбка Лаборанта откровенно раздражала. За все время нашего знакомства он зарекомендовал себя только в негативных ролях: неудачливого ловеласа и нарцисса. Он так замучил нас с Алей, что слово «Нарцисс!» стало чем-то вроде сигнала опасности. Оно означало, что лаборант где-то рядом и нужно быстро идти в противоположную сторону от места его дислокации.
Попрощавшись, мы вышли из кабинета и некоторое время шли молча. Алексей несколько раз пытался привлечь мое внимание к своей новой стрижке (ну короче стали, и что дальше?), проводя рукой по волосам и многозначительно поглядывая в мою сторону. Я игнорировала эти попытки, и вообще, я слепая, глухая и частично немая, поэтому ничего не замечаю. Наконец он оставил попытки вынудить меня начать разговор первой и поинтересовался:
— Почему ты так одеваешься?
Я даже споткнулась о ковер от неожиданности.
— В смысле? Как «так»?
— Ну, вот так! — сделал описывающий меня жест Алексей.
Я осмотрела себя снизу вверх. Балетки как балетки. Ну, джинсы великоваты, но это вечная проблема: либо короткие, либо на талии болтаются или в бедрах узкие. Я предпочитала длину объему. Футболка с коротким рукавом и кофточка на пуговицах сверху. Что в этом такого? Да, не обтягивает фигуру и нет вызывающих вырезов, но, как мне кажется, вполне нормальный вид.
— А что тебе не нравится?
— В таком виде ты себе никого не найдешь! Почти серая мышь. Я вот с трудом разглядел хоть что-то, кроме твоего внешнего вида. Про принцев вообще молчу.
Я так и замерла посередине коридора. Это я-то серая мышь?! Но вместо возмущения и ожидаемых им оправданий, произнесла:
— А мне принц и не нужен.
— А как же ты себе будешь мужа искать, если на тебя никто не смотрит?
«Не смотрит… М-да, никто не смотрит», — снова побежали мурашки от воспоминания о взгляде Андрея. — «И кто сказал, что я ищу мужа»?
— Как-нибудь. И меня мой внешний вид устраивает. А твое мнение мне абсолютно не интересно. — Я как можно пофигистичнее пожала плечами и немного увеличила темп ходьбы, чтобы быстрее попасть уже на «индивидуальное занятие» и отделаться от Нарцисса.
—Эй! Куда так ускорилась? Не ожидал, что мои слова тебя так заденут!.. Но нам не к Грызову!
Мысли «убить», «четвертовать» и «задушить» быстро сменились на вопрос: «Как не к Грызову?!».
— А куда?
— В другой корпус, нам направо.
Поплутав немного, мы все же вышли к очередному пропускному пункту. К этому моменту мои нервы уже дружно хотели сделать себе харакири, лишь бы избавиться от навязчивого общества. Но охранник спас их от ритуального самоубийства.
— Предъявите пропуск, — попросил голос из закрытой будочки.
Я порылась в карманах и предоставила прямоугольничек в маленькое окошко. Ту же процедуру проделал Алексей.
— Девушка может проходить, а у вас, — обратился он к Нарциссу, — нет допуска на этот этаж.
— Как нет? Мне сказали ее проводить! — возмутился было он.
— Ничем не могу помочь.
— А, ну нет, так нет, я сама дойду дальше, — я растянула губы в очаровательной улыбке. Хотя это была, скорее, попытка замаскировать злорадную ухмылку. А нечего было хвастаться, что его тут везде пропускают и он все знает! Затем, ни секунды не задерживаясь, я быстро проскользнула за очередные двери.