— К сожалению, нет. Память не вернулась.
Девушка тоскливо вздохнула, уставившись в потолок.
— Странный случай. Знаешь, Деметра обещала, что позовет меня завтра, когда на собрании будут решать твою судьбу. И… Эмбер, я вдруг поняла, что боюсь. Мне страшно выходить к этим людям.
— Чего ты боишься?
— Правды. Ты можешь оказаться беглой или преступницей, — девушка резко присела, — Только не обижайся, хорошо? Порой я говорю что-то не подумав. Прозвучало очень неуважительно, да?
— Все в порядке. Ты верно сказала. Проявить здоровую бдительность нормально. Ты меня не знаешь.
— Если я ошиблась, и ты беглая, у меня будут неприятности.
Кто такие беглые и от чего бегут? Этот вопрос я не стала озвучивать. Но, чтобы успокоить Розмари, я протянула к ней руку, и та пожала ее в ответ.
— Ты очень храбрая девушка. Я уверена, они оценят, что ты привела к ним беглую. Если я вдруг ею окажусь.
— Но ты не беглая, правда же?
— Уверена на девяносто девять процентов, — смеюсь я, зажав рот. Не хватало еще разбудить остальных сестер, — Не накручивай себя. Лучше спи.
Это помогло. По крайней мере Розмари задумалась, а я очень скоро провалилась в глубокий сон. Но длинным он не был. Утро в доме Мира начинается рано с общего звонка и ужасного холода. Мороз пробрался даже под одеяло, из которого я очень неохотно выбралась.
— Как же холодно! — Обнимая себя руками, огляделась я, — Что с отоплением?
— Камины и печи в доме разожгут после десяти утра, — танцуя, ответила Розмари, — За ночь все прогорает. Но это к лучшему, холод по утрам помогает проснуться!
— А еще сохраняет молодость кожи, — поддержала другая сестра, — Лучшее средство от морщин.
— Я лучше побуду в тепле и с морщинами.
Порхающие воспитанницы бодро заправляли свои постели, надевали халаты и попеременно бегали в ванные комнаты умыться. Дальше каждая из них выстаивала очередь к ширме, чтобы переодеться.
Суета воцарилась в комнате на час. Только мне все происходящее не доставляло радости. Сложно быть порхающей бабочкой, ощущаешь себе смятым листом бумаги.
На мое недовольство никто не обращал внимания. А в ванную комнату я отправилась последней. Умылась, после заправила постель и уже без очереди переоделась за ширмой. За все время моего неторопливого сбора девушки неоднократно предупредили меня о том, что Деметра с минуты на минуту придет в комнату с проверкой.
Шум в комнате резко сменился на шепот. Начальство близко. Старшая и две женщины в черном приступили к проверке дисциплины. По правилам каждая сестра должна стоять рядом со своей убранной кроватью и быть готовой к оценке внешнего вида.
— Отлично, еще и построение, — прошептала я себе под нос.
Меня никто не слышал. Пока проверялись другие комнаты, в нашей тихо возились те, кто не успел убрать вещи по местам. А случайно принесенные из ванной полотенца и крема тщательно прятали под матрасами. Времени вернуть все на место не осталось. Так внешний порядок на самом деле был ненавистным для Деметры беспорядком. Просто она этого не знала.
Наша комната четвертая по счету. Розмари успела провести инструктаж для меня. Предупредила, чтобы без особого дозволения я не комментировала слова Старшей и НЕ ЗАДАВАЛА ВОПРОСОВ!
— Доброе утро, девушки!
Деметра вошла в комнату с гордо поднятой головой. На ее аккуратном бледном лице улыбка выглядела чуждой. Как будто ожила восковая кукла. Ее приветливость пугала. Особенно когда женщина пытливо осматривала каждую воспитанницу, выборочно приподнимая матрасы и открывая личные тумбочки. А когда добралась до меня — прошлась взглядом с ног до головы, довольно кивнув.
— Хорошая работа, Розмари. Эмбер сойдет за сестру из нашего дома Мира.
Я старалась не дышать, пока Старшая находилась рядом и свободно выдохнула только когда она ушла. В этот же момент рыжеволосая подруга бросилась ко мне на шею. Остальные тоже расшумелись. Дисциплина вышла из комнаты вместе с Деметрой.
— Она меня похвалила! Похвалила, видели?
— Без тебя я бы не справилась, — подбодрила я Розмари, — Ты молодец!
— Так здорово! Вот бы еще совет прошел гладко. Если ты станешь нашей сестрой, возможно, меня повысят до «Митаи».