Кайл делает глубокий вдох, словно только что вынырнул из ледяной воды, трёт лоб и зажмуривает глаза, как в детстве, желая исчезнуть прямо сейчас. Ухажёр из него так себе, с таким набором несусветных глупостей гораздо вероятнее, что его пошлют к чёрту, нежели ответят согласием. Кали смотрит на него снизу вверх ошеломлённым взглядом и отвечает скорее от неожиданности, чем сознательно.
— Ладно.
— Я заеду в два, хорошо? — добивает Кайл, чтобы она не успела передумать.
— Хорошо, — на автомате отвечает Рейес и спешит в подсобку, чувствуя, как у неё горят уши.
Свидание с копом. Несусветная авантюра. Кали хочется стукнуть себя по лбу, потому что у неё нет на это ни времени, ни желания. Он всего лишь застал её врасплох, воспользовался слабиной, которую Кали себе так бездумно позволила.
— Вот и выкручивайся теперь, идиотка. Мало тебе проблем, — объявляет она своему отражению в зеркале, возле уборных, старательно подавляя в себе огонёк азарта. Кали убеждает себя в том, что волнение и лёгкая дрожь в руках всего лишь отголоски недавнего рейда, и ничего более.
Гейл тормозит её за шаг до спасительной двери. Она жмется лопатками к полотну, не позволяя Рейес наконец скрыться в кабинете от Хантера и в первую очередь от самой себя.
Никто из девочек Раисы никогда не раздражал её так, как она. Пергидроидная блондинка с губами-лепешками и автозагаром цвета кирпичной пыли. Тупица, хабалка, нимфоманьячка — после того случая с ребятами Гарсии Рейес стала избегать Гейл, а после рейда Кали вовсе начинало тошнить от одного её вида, словно она, её образ жизни и образ мыслей есть то, что рано или поздно ждёт и её. Рейес до бессонницы, до блевоты, до ужаса не хотела превращаться в животное, не хотела признавать, что всё, что происходит вокруг, нормально, не хотела становится частью этой грязи. Гейл же доводила до бесячки её чистота. Она словно умышленно проверяла её на прочность, играла на чувстве вины, старалась опустить её на уровень того дна, на котором ползали они обе, но с которым Кали не сравнялась.
— Слушай, Кали, ты мне денег должна. Меня опять поимели бесплатно из-за твоей тупой башки, — на полном серьёзе заявляет она. Кали делает шаг назад, словно её толкают в грудь. Она не верит своим ушам, потому что это уже слишком.
— Зачем ты притащила сюда этого придурка? Раиса всем отзвонилась, что у меня проверка!
— Я не могла взять телефон, я работала!
Рейес не понимает, врёт она или говорит правду, и Гейл, воспользовавшись заминкой, делает шаг к ней ближе. Кали отшатывается, словно боится подцепить от неё блох.
— Слушай, Кали, не веди себя так, будто ты одна тут такая бедная, несчастная и все кругом тебе должны сочувствовать. Мне немного неприятно тащить на себе твои косяки. Мало ли, кому я могу проболтаться, сама видишь, копы в меня частенько заглядывают, — она тянет губы в довольной ухмылке и ведёт бровью, будто этим фактом довольна донельзя. — Может, и твой коп заглянет.
— Он не мой, — проговаривает Рейес, чувствуя, как у неё сводит челюсти от злости и стыда. Значит, за ними наблюдали. Значит, всё то смятение, которое мучает её каждый раз, когда она его видит, написано у неё на лице.
— Ой, да прекрати. Знаю я таких красавчиков. Через неделю он тебя поимеет, спорнём?
— Сколько ты хочешь? — Кали мечтает прекратить этот разговор так сильно, что готова пойти на любые условия. Гейл опустила её на землю, растерев по асфальту последнюю робкую надежду на то, что у неё в жизни ещё остаётся что-то светлое.
— За пятерых? Тысячу.
— Ты ебанулась? — Кали почти кричит. Этих денег у неё попросту нет. За ближайшие два дня ей нужно из кожи вон вылезти, чтобы наскрести хотя бы половину суммы для Гарсии, потому что рейд забрал у неё большую часть отложенных средств. Ещё одна статья расходов её просто убьёт.
— Я тебе скидку сделала вообще-то, — невозмутимо фыркает Гейл. — По сотне с каждого. Хреново заниматься бизнесом и не знать расценок.
— Пять сотен, остальное в конце месяца. Гейл, твою мать, никак иначе!
Кали толкает её плечом и прорывается в кабинет. С грохотом захлопнув за собой дверь, она пинает стул и смахивает со стола чашку с остатками кофейной бурды. Ей хочется взять канистру бензина и поджечь к чёртовой матери весь этот проклятый кабак. Звон разбитой посуды, как якорь, заставляет её зацепиться за реальность и выйти из состояния бесконтрольного бешенства. Нужно придумать, что сказать Гарсии по поводу очередной просрочки и прекратить разводить ванильные сопли. Ни на какое свидание она завтра не пойдёт.