Пролог
— Здравствуй, пташка.
Голос холодной сталью пронзает слух. Сердце ошиблось на удар, ноги вмиг сделались ватными. Я не оборачиваюсь, в этом нет надобности. Голос до боли знакомый заполняет собой все пространство, магическим образом лишает кислорода. Прошло полгода, а я все еще могу различить каждую нотку, они врезаются в меня, как тысячи иголок и пронзают до дрожи в теле. Я надеялась до последнего, что это сделал кто угодно, но не он. Всякий другой стал бы для меня милостью, я смогла бы выйти сухой из воды, но эти воды мертвы, в них нет места ничему живому. Точнее для меня. Это мое персональное мертвое море.
— Думала упорхнуть от меня, вильнув хвостиком? Насладилась свободой и хватит, пора платить по счетам.
Я не могу шевельнуться, мир вокруг замер, не могу поднять взгляд, чтобы удостовериться, понять, что ошиблась. Очень хочется в это верить, но сердце слишком часто забилось, оно чувствует лучше моего, рушит мои надежды на обратное, словно смеется надо мной: «А надо было послушаться меня, теперь пожинай!». Я оборачиваюсь медленно, оттягиваю каждую секунду до столкновения с чужими глазами. Смогу ли я этот взгляд выдержать? Первым делом мой взгляд падает на начищенные ботинки, и только после осмеливаюсь поднять его на лицо. Передо мной будто другой человек стоит. Только глаза и голос остались от прежнего. Он усмехается. О, и ямочки. Как я могла забыть об этих обезоруживающих ямочках. Его насмешливый взгляд проходится по мне, не концентрируясь ни на чем определенном, но в то же время, вселяя в меня неподдельный ужас.
— Когда ты вышел? — я с трудом совладаю своим голосом, но все же сквозящие в нем нотки выдают мой испуг.
— Позже, чем следовало, твоими заслугами, — его насмешливый взгляд становится тверже, он стискивает зубы, от чего ямочки на щеках особо выделяются вместе с пришедшими в движение желваками.
Шаги особо утяжеляются ботинками, издавая глухой звук, и с каждым этим звуком мое сердце готово упасть в пятки. Он останавливается рядом со мной, оставив между нами сантиметров тридцать. В его темных глазах искрится пламя костра подготовленного для меня. Я не позволяю себе отвести глаза от его пристального взгляда, но еще немного и я начну таять подобно сосульке под этим испепеляющим взором.
— Я была вынуждена. Ты должен понять меня, иначе я не выжила бы, — я смотрю на него глазами полными последних капель надежды, которую я только смогла в себе найти. Оправдания — все, что мне остается.
Мужчина тянет руку ко мне, и я вздрагиваю, чем вызываю усмешку на губах старшего. Обманчиво-ласковым движением он заправляет за ухо локон пшеничных волос, не прерывая зрительного контакта. Со стороны можем походить на влюбленную парочку, что никак не в силах насладиться обществом друг друга, ну а на деле я ощущаю всю опасность этого жеста, натягивающего мои нервы до предела.
— И деньги мои, конечно же, ты тоже была вынуждена взять.
Мои глаза расширяются. Об этом он не должен был знать. Теперь я понимаю, что в еще большей яме, чем думала.
— О чем это ты? — отвечаю резонно, словно не понимаю сказанного, расширяю глаза для большего эффекта.
Я издаю короткий стон, когда его пальцы сжимаются на моей челюсти, сдавливают ее довольно грубой хваткой и приподнимают, заставляя меня встать на цыпочки.
— Где деньги? — он говорит ровно, бархатный голос ласкает слух, что полностью противоречит действиям, но этот голос вселяет в меня больше ужаса, чем его руки.
И откуда я достану ему то, чего уже давно нет?
Ну что же, друзья, начинается новая история и я очень надеюсь на вашу поддержку в виде подписок и звездочек. Спасибо, что вы есть.)
Глава 1. Место в обществе
!!! ДИСКЛЕЙМЕР !!!
В начальных главах будут описываться сцены содержащие высокий уровень насилия (не между главными героями), нецензурной лексики, чтобы передать какую-то часть тюремной атмосферы. Первые главы будут проходить в тюрьме, а дальше уже вернемся к нормальной обстановке.
Примечание: автор знает, что в реальности тюрьмы не разделяются таким образом, но, как известно, любая задумка ограничивается только фантазией автора. Спасибо за понимание.
— На выход.
Голос из колонок басом пронесся по всему блоку. Решетчатые раздвижные двери одновременно раскрылись при нажатии кнопки в диспетчерской.