Пожилой эльф подошёл к картине и осторожно прикоснулся к, изображённой на ней, королеве.
- Лишь дважды за последние полтора века покидал я стены этой Крепости: ради свадьбы своей племянницы и, второй раз - чтобы привезти назад из Эрейвинга её тело. Её и её брата, Нефтали. Я говорил ему, что нужно было ехать с армией. Но кто ж меня слушает? - сказал он, спрашивая скорее себя, нежели меня.
Старик отвёл глаза от картины, пряча слёзы, покатившиеся по его морщинистым щекам.
- Теперь у меня остался лишь мой внук, мой молодой король. - продолжил он. - Вы зря пришли в Адрианову Крепость - Вам её не удержать. - Ольвин посмотрел прямо мне в глаза. - Наммтар ушёл, но он обязательно вернётся с великой армией. Эрейвинг он обязан охранять - этот долг он получил вместе с мечом своего отца, в день его смерти. Но истинный дом его здесь - в Андэгаре, на родине его матери, а не в Эрейвинге, где он родился и вырос, но где властвует дух его отца. Он вернётся, Сударь, вот увидите! - старик тряхнул седой головой.
- На это я и рассчитываю. - холодно заметил я. - Нам было не взять этот замок штурмом, я это понимал, поэтому мы и выманили твоего короля отсюда. Когда же он вернётся, то я сражусь с ним возле врат этой крепости. И всё его войско ему не поможет.
Ольвин посмотрел на меня как на младенца, взявшего в руки меч, словно бы ожидая, когда тот отрубит себе голову. Смахнув с себя тень сомнения, я заметил большую лужу спёкшейся крови на полу.
Указав на неё мечом, я спросил:
- Чья это кровь?
- Молодого короля. - тихо промолвил старик, печально глядя на чёрную лужу. - Когда Тару был совсем юн, то трижды он вскрывал здесь свои вены, стремясь умереть, и трижды глубокие раны затворялись, за мгновение до его смерти, не позволяя жизни уйти.
Изучая моё хмурое лицо, Ольвин спросил:
- А Вы разве не знали, Сударь, что внук мой унаследовал от отца своего, демона Морайриста, не только сапфировые глаза, но и абсолютное бессмертие - то есть невозможность умереть, даже, при желании?
- Но отец Наммтара тем не менее, мёртв! - возразил ему я, - Ты ведь сам сказал, что Наммтар его убил! Не так ли?!
- Только тот, в чьих жилах течёт демоническая кровь, может разрушить тело демона, что и сделал молодой король. Но дух его отца жив, его невозможно убить, - повторил старик, - он заперт в темнице, вне времени и материи, в Колодце Погибели. И только меч в руках его сына не позволяет ему выйти оттуда.
Ольвин приблизил своё морщинистое лицо ко мне.
- А теперь скажите, Сударь, разве Вы демонической крови? И есть ли у Вас клинок, выкованный во Тьме Хаоса? Ведь лишь пронзив его остриём сердце демона, можно убить его плоть. Вы жаждите сразиться с молодым королём возле здешних врат? Что ж, удачи!.. - бросил старик и, развернувшись, пошаркал к выходу.
- Меч-то у меня есть! - бросил я ему в след, но Ольвин даже не обернулся.
Задёрнув чёрные шторы, я вышел в полутёмный коридор. Догнав престарелого эльфа, что было не трудно, я препроводил его к остальным пленникам на первый этаж. Во время нашего пути вниз, пожилой кастелян хранил гробовое молчание, да и я не желал донимать его расспросами. Внизу, в общем зале, меня ждал Наргет, глядевший на меня своими изумрудными глазами.
- Что с короной? - спросил я его.
- Пока глухо. – уныло отозвался полуэльф. – Среди драгоценностей в хранилищах её нет. Но поиски продолжаются. А что у тебя? Нашёл что-нибудь интересное на верху? - спросил он.
Я отрицательно мотнул головою.
- Гостиные, спальни, библиотека - личные комнаты, одним словом, да ещё поймал этого старика, - указал я на Ольвина, который уже утешал какую-то безудержно рыдающую девушку с тёмными, почти чёрными волосами. - он здешний кастелян и, по совместительству, дед Наммтара.
Наргет глянул на меня с удивлением.
- Дед? Это хорошо: надеюсь, из него получится ценный заложник. Если, конечно, Наммтару есть до кого-либо дело, кроме себя самого.
- Думаю, что так оно и будет - мне кажется, что наш "друг" очень привязан к своим родичам. По крайне мере, к памяти о некоторых из них.
Немного поразмыслив, я обернулся к кучке пленников и отыскал взглядом старика, который тихо, но убедительно что-то говорил на ухо всё той же темноволосой девушке, и поманил его рукою.
- Эй, Ольвин! - когда он подошёл ко мне, я сказал:
- Проводи-ка нас на могилу прежнего короля Андэгара, ты сказал, что твой внук часто там бывает, думаю, дорога тебе известна. Я бы тоже не отказался взглянуть на это место: ведь там покоится, хоть и очень дальняя, но всё же моя родня.