Глава 21. P.S. Sørgesalmen (Плач Нирмалы)
Не дышать, не видеть, не чувствовать, не жить. Разве жизнь без чувств – это жизнь? Нет, лишь существование. Но я ничего не ощущаю уже. Все чувства умерли в душе моей вместе с Тобою. Во мне остались лишь бескрайнее море горя и скорби и бесконечные реки, пролитых по Тебе, слёз. Ох, как же горьки их воды! В печали своей я не могу дышать, тьма полностью окружила меня, ослепляя, я не чувствую рук, ком в горле не даёт мне сказать ни слова. Боль, лишь только боль и тоска, что разрывают сердце на части. Мой мир рухнул в одночасье, разбившись на тысячи мелких осколков. Я держу их в окровавленных руках своих, не в силах собрать воедино. Да и разве это возможно? Ведь в мире этом было место для нас двоих, а теперь всё уже не имеет смысла. Потому что Тебя больше нет. Лишь горе, что поглотило меня, словно болото.
Я зову Тебя, безмолвно крича, ибо голос мой уже давно сорван. Я зову Тебя, зову. Но слышишь ли Ты меня, о Любимый? Ведь там, куда Ты ушёл, властвует лишь вечная тишина. Надеюсь, что там также царят тепло и покой. Я хочу, чтобы Ты был счастлив, большего мне и не надо. Вот только здесь мне осталось лишь холодное ложе скорби и одиночества. Это горе обессилило меня, я хожу словно бы тень, неживая, мир для меня угас и потерял все краски.
Мои уста повторяют Твоё имя, снова и снова, подобно молитве, или заклятию, в надежде, что оно воскресит Тебя. И порою мне кажется, что в тихом шёпоте ветра я опять слышу Твой милый голос. Оборачиваясь, я спешно ищу Тебя глазами, но там Тебя уже нет. Тебя больше нет. И я понимаю, что это – конец. Конец всему, любви, счастью и надежде.
Долгими чёрными ночами я вновь и вновь молю смерть забрать меня, унести прочь мою душу из этого чёрствого холодного мира, к Тебе. Там, растворившись в Твоих чудесных светлых глазах, я смогу обрести столь желанный покой навечно. Рядом с Тобою, став единым целым с Тем, Кого так сильно люблю, по Кому, столь горько плачу.
Почему же Ты ушёл, почему? Разве не знал Ты, уходя, что забираешь жизнь не только у Себя, что губишь двоих, ведь нет мне в мире места без Тебя. Разве, ненавидя Себя так, что решаясь убить, не думал ли Ты, о Любимый, что для кого-то являешься светом в окошке, самым главным и дорогим сокровищем, да и просто смыслом всей жизни, жизни, которую Ты так поспешно оборвал. Неужели, считал Ты себя никому ненужным в тот миг?
Я столь долго ждала Тебя, тёмными одинокими ночами, проливая слёзы в подушку, отчаянно пытаясь сберечь едва тлеющие угли надежды, что давали мне силы жить и дышать. И вот я обрела Тебя, но лишь затем, чтобы, познав краткий миг счастья, вновь потерять, чтобы снова быть разлучённой с Тобою смертью. Почему же так жестока судьба, что прихотью своею столь безжалостно раз за разом разлучает нас, не дав пробыть вместе ни одной смертной жизни? Почему любовь наша, только окрепнув, гибнет? Как же так? Ну за что?
Скажи, о Любимый, скажи, почему Ты решился на это? Почему же Ты выбрал смерть, а не меня? Почему избрал её ледяные объятья, а не тепло моих? Почему предпочёл сырой мрак могилы моему ложу? Неужели, в душе Твоей не осталось ни единой капли надежды? Неужели, ничего Тебя здесь уже не держало? О чём же Ты думал, о Любимый, умирая, закрывая глаза навечно? Что шептал Ты на смертном одре? Чьё имя слетело с губ твоих вместе с последним дыханьем? Сожалел ли Ты, покинув своё земное тело о том, что так рано оборвалась Твоя жизнь? Ты ушёл, мой Любимый, а я осталась, но что мне теперь делать без Тебя, скажи?
Нет, нет больше сил выносить всё это! Мне нечем дышать, грудь сдавила тоска неподъёмной могильной плитою. Вижу тусклый свет окна, его я открою. Я судорожно глотаю холодный воздух, но надышаться не могу. Мне легче не стало. Только боль, бескрайняя, мучительная. Словно бы душу пожирает невидимый и беспощадный огонь, подобно медленной жестокой пытке, от которой не скрыться и не убежать, и которая не прекращается ни днём ни ночью. И ничто, даже сон, не избавляет меня от страданий.
На улице дождь, льёт стеною, даже небеса и те оплакивают Твою смерть. Скорбь повсюду. Серые низкие тучи нависли над моей головою, непрестанно неся свою панихиду. Грязь и лужи выворачивают весь этот мир наизнанку, показывая его истинную натуру. Ты был не таким как все остальные, Ты отличался от всех, и за это я Тебя полюбила. Ты был преданным и честным, ты ненавидел ложь и лицемерие этого мира и его обитателей, но, тем не менее, отдал за них жизнь. Сомневаюсь, что они это хотя бы заметили.
Свет искрился в Твоих прекрасных серых глазах, а сердце Твоё не ведало гордыни и спеси. Как же не похож Ты был на всех остальных, Ты был Другим. Быть может, этот мир попросту Тебя не заслуживал? Поэтому Ты и ушёл, не найдя здесь Себе места. Ты не смог и не захотел изменять Себе, становится таким же как все остальные. Ты предпочёл идти Своим путём. Но он привёл Тебя к смерти. Ты ушёл, но я-то осталась, и что мне делать теперь без Тебя, скажи? Как ужиться с этим миром? Миром, что Тебя погубил…