Старик с подозрением уставился на меня своими подслеповатыми серыми глазами.
- Зачем это Вам, Сударь? Можете убить меня, если хотите, но я не позволю вам тревожить мёртвых!
- Похвальная преданность, - промолвил я, - но излишняя - я же сказал: хочу всего лишь взглянуть! Обещаю, что не стану осквернять ваших усопших.
Ещё раз посмотрев на меня с опаской, Ольвин понял, что спорить со мною бессмысленно и медленно пошаркал к выходу из залы. Мы с Наргетом отправились следом. Пропетляв по тёмным коридорам, мы спустились по старой винтовой лестнице к чёрному входу, через который и покинули дворец.
- Мой король, ты с ума сошёл - идти ночью на кладбище? - шепнул мне Наргет, едва скрывая свой страх.
- Ты что, боишься? - улыбнулся я ему. - Держи факел покрепче и ни один покойник тебя не поймает - они не выносят огня!
- Глемтов огонь не испугал! - обречённо выдохнул полуэльф, крепче сжимая факел.
- Вряд ли здесь есть призраки. – отозвался я. – Но всё же, держи свою магическую книгу наготове.
Наргет кивнул и поплёлся за мною следом.
Мы шли сквозь густую рощу, опавшая листва шелестела под ногами, ветер колыхал пламя наших факелов, чей свет выхватывал из ночной темноты, почерневшие от дождя, стволы деревьев. Наше путешествие заняло минут десять - пятнадцать. По пути мы преодолели небольшой каменный мостик, перекинутый через, вздувшийся от половодья, ручей. Дорога наша была вымощена большими тёмными гранитными плитами, и идти нам было легко, несколько раз нам попадались широкие ступеньки, по краям тропы стояли погасшие железные фонари. Зажечь их было некому, ведь все слуги были заперты нами в замке. Наконец, мы вышли на небольшую поляну, окутанную темнотою. Ночное небо было затянуто плотными дождевыми тучами, и вокруг стояла непроглядная мгла.
- Мы пришли. - промолвил Ольвин и поднял свой факел повыше, озаряя неверным светом две статуи из светло-серого мрамора в человеческий рост и надгробия у их оснований.
Слева было изваяние молодого мужчины - эльфа с прямыми распущенными волосами до середины плеч. Он был одет в длинную, простую, просторную одежду. Его, склонённую в правую строну, голову венчала корона Анорла. Статуя короля Нефтали, понял я. У ног правителя лежал букет крупных полевых цветов небесно-голубого цвета. Невидящие глаза мужчины смотрели в сторону изваяния женщины, находившейся справа, к ней же тянулась его рука.
Вторая скульптура изображала королеву Элими, жену Морайриста и мать Наммтара, так же склонившую голову, но только влево, и протягивающую руку к своему брату. Лицо женщины было очень похоже на то, что я видел на холсте, во дворце, правда, лишённое красок, с теми же большими грустными глазами и тонкими чертами лица. Просматривалось и фамильное сходство её и короля Нефтали, говорят, они были близнецами. Возле подола длинного скромного платья королевы лежал венок из золотистых цветов и листьев.
На надгробных плитах были высечены их имена, титулы и даты жизни и смерти. Было видно, что за этими погребениями тщательно следят - здесь было чисто, опавшая листва убрана, дорожка подметена. Похоже, что Наммтар и впрямь тут часто бывал. Но что он чувствовал, глядя на эти холодные, безмолвные монументы? Неужели, я нашёл слабое место в броне моего врага? Если да, то как им воспользоваться?
- Как они умерли? - спросил я старика.
Встрепенувшись, словно бы его внезапно разбудили, он непонимающе вытаращился на меня.
- Что?
Мне пришлось повторить свой вопрос.
- Их убил Морайрист, почти двадцать лет назад. – тихо отозвался Ольвин.
- Невистар, то есть, Морайрист убил свою жену? - заинтересовался Наргет. – Я слышал совсем иную версию произошедшего. Ну и семейка же у Наммтара!
Полуэльф негромко добавил:
- Понятно в кого он.
Я пихнул в бок своего друга локтем, заставив замолчать. Мне очень не хотелось терять ту ниточку, что я нащупал, и которая могла бы привести меня к победе. Слава богам, старик не услышал последнюю часть высказывания Наргета.
- Да, он хладнокровно убил моих племянников, и заявил, что это Неф виноват в смерти своей сестры. А он, Морайрист, казнил его за это. Но на самом деле, это он сам лишил жизни свою королеву и её брата. И когда истина всё же открылась, молодой король восстал против своего отца и отомстил тому за мать. - голос старика подрагивал, глаза его слепо смотрели куда-то вдаль.
Задул промозглый ветер и в его голосе мне послышался чей-то тихий шёпот, несущий угрозу, от которого мне стало не по себе. "Странное всё же это место, - подумал я, - нужно поскорее уходить отсюда". Начал накрапывать мелкий холодный дождь, он ещё сильнее убедил меня в том, что пора возвращаться во дворец. Не долго думая, я решил отправиться обратно.