Алирий уселся на грязно-коричневую засаленную ветхую шкуру какого-то зверя, лежавшую на полу, и скрестил ноги. Он осторожно почесал жутко зудевшую затянувшуюся рану на шее и уставился на брата. Антарий стоял возле свечи и раз за разом проводил ладонью сквозь пламя, шипящее при соприкосновении с его кожей.
- Перестань! - рявкнул на него старший брат. – Ты её затушишь! А сидеть в потёмках у меня нет ни малейшего желания!
- А что ты мне прикажешь делать? Развлекаться пустой болтовнёй, пока этот подонок творит какое-то неведомое мракобесие с нашей кровью? Что он там с ней делает? Пьёт или обмазывается?
- Тебе ли не всё равно? - устало отозвался Алирий, тонкими пальцами массируя свои виски, в надежде прогнать надоедливую головную боль. Но безуспешно.
Заметив его движения, Антарий подошёл к брату, положил руки тому на шею и уверенно дёрнул её. Раздался хруст и боль Анэру стала утихать.
- Ты мне чуть шею не сломал! - возмутился Алирий, поёжившись от неприятного звука. – Но, спасибо – помогло. – голос его был всё так же пуст и печален. Он обхватил голову руками и с отчаянием спросил:
- Что же нам теперь делать, брат? Неужели, Ходячий труп был прав и нам суждено сгинуть здесь, на холодной чужбине, запертыми в этой вонючей дыре?
- Я бывал в местах и похуже этого! – утешил его Антарий. В ответ Алирий посмотрел на него и слабо улыбнулся.
- Да уж. – отозвался он. – Я вдруг вспомнил Кира и его плен. - Антарий со злостью плюнул, выругавшись.
- Что-то мы в последнее время, частенько с тобою оказываемся в заточении, брат. Какая-то это дурная традиция уже, сидеть, куковать взаперти, пока другие совершают великие дела.
- Возможно, это – моё проклятие, - промолвил Антарий, - ведь я полжизни провёл в неволи. А ты от него страдаешь, потому, что находишься рядом. Ведь не приди мне на выручку, ты не попался бы в руки Наммтара.
- Перестань! - оборвал его Алирий. – Ты помнишь, о чём мы говорили с тобою, в плену у Кира? Ты ведь и сам знаешь, что я просто не мог поступить иначе. Наша судьба заключена в том, чтобы спасать друг друга раз за разом. Ведь, если смотреть правде в лицо, то нам с тобою, не по пути, в итоге, даже с Итлекаром, и уж тем более, с этим эрхе. Ты сам видишь, какой наш король – он согласился на условия Лингера, а мы ведь помним, что принёс этот Змей нашему народу; он даже отдал, пусть и на время, свой меч ходячему трупу, и лишь чудом эта живая мертвечина не поубивала нас всех тогда. И подле него вечно тенью находится этот полукровка, непрестанно нашёптывая Итлекару свои бредовые идеи. И тот с ними соглашается. Да, они оба из Светлых Земель и поэтому сей чужестранец ему роднее. Но он не знает того, чего знаем мы. О Свете и о Лингере и о предательстве Змея. Возможно, прав Наммтар, объявив этому ползучему гаду войну! И подумай, брат: когда Итлекар вернётся в Эльтамиру с короной или без неё, что будет тогда? Не начнёт ли уже Ирэл диктовать ему свою волю? А станет ли наш король противится ему, связанный по рукам и ногам обещанием, данным Лингеру? Мы мечтали с тобою о том, что новый правитель принесёт Свет в Страну Туманов и развеет пелену обмана, царящую там, а что же выходит на самом деле? Похоже, что грядёт новое тотальное правление жрецов, с их кровавыми жертвоприношениями, абсолютным контролем и сводом безумных правил. Это отбросит Эльтамиру вновь в тёмные века, что последовали после коронации Алларка, бывшем ярым фанатиком Змея.
- Итлекар не похож на фанатика. –возразил Антарий. – Он скорее воин, нежели монах.
- Были в истории нашей страны и воины-монахи, несущие на острие меча свет своей веры всем подряд, жестоко карая тех, кто не желал принимать их взгляды на сей мир.
- К чему ты клонишь, брат?
Алирий прищурил серо-голубые глаза:
- К тому, что когда мы выберемся отсюда, если выберемся конечно, то, по возвращении в Страну Туманов, я собираюсь расправиться с Ирэлом, пронзить лживое сердце Прайма клинком его же собственного божка, а затем объявить охоту на оставшихся жрецов Змея. И наступит день, когда имя Лингера забудут в наших краях, тогда-то и вздохнёт свободно народ Эльтамиры. Но сперва, стоит показать Итлекару книгу, что я нашёл и поделиться своими соображениями, чтобы грядущие события не стали для него неожиданностью. Ты со мной, брат?