И словно бы ответом на эти вопросы в голове моей всплыли слова пожилого кастеляна Ольвина: «…дух его отца жив, его невозможно убить, он заперт в темнице… И только меч в руках его сына не позволяет ему выйти оттуда»… Меня вдруг осенила страшная догадка - когда я убил Наммтара, то заклятия, удерживавшие Морайриста в заточении пали! Это благодаря мне безжалостный древний демон, да ещё и со свитой, пробрался в мой мир и разрушает сейчас Эльтамиру, губит моих подданных.
«Наступит день, и ты познаешь моё проклятие, ты поймёшь, каково это сгубить свою страну, увидеть прах всего того, за что боролся» - вспомнил я предостережение последнего императора. В ужасе я направил Вингеда подальше от этого, кишащего монстрами, места.
Глава 5. Амот
Чёрные перепончатые крылья наших летающих ящеров гигантскими взмахами стремительно уносили нас прочь, подальше от того кошмара, что простирался на севере. И хоть мы были уже далеко от этого жуткого места, но я всё ещё не до конца победил оцепенение, сковавшее меня при виде, восседающего на троне из трупов, Морайриста. Крупная дрожь порою била меня при воспоминании о его синих злобных очах, с ненавистью смотревших мне прямо в душу.
Лернату с каждой минутой становилось всё хуже – он непрестанно бредил, бормотал что-то невнятное себе под нос, издавая время от времени болезненный стон. Данное ему ещё раз, снотворное не возымело должного действия – спать Лернат категорически отказывался, хотя и в сознании наш товарищ практически не был. Когда он издал очередное мучительное стенание, я вновь подумал: быть может, прав был Ирэл, и нам стоило убить нашего заражённого друга, избавив тем самым его от жуткой и медленной агонии. Неужели, я совершил ещё одну ошибку, в попытке помочь, всё испортив?
После того, как я покинул Свободный край события в моей жизни стали происходить столь стремительно, что нередко я полностью терял, не только контроль над ними, но и вообще осознание того, что со мною происходит, поглощённый неумолимым водоворотом происшествий. Я часто вспоминал ту тихую и спокойную жизнь, что осталась в уютном домике посреди холмов, от которой решил отказаться, отправившись сюда, в Страну Туманов. Но верно ли я поступил тогда, спешно прибыв в белёсую мглу Эльтамиры, слепым ковром устилающую не только её сумеречные леса и поля, но и думы обитателей, живущих там? Я хотел спасти свою родину от полчищ врага, истребляющих её народ, и узурпатора, разоряющего её земли. А что в итоге? Вайнор и Наммтар мертвы, вот только вместо одного лиха я разбудил другое, ещё более ужасное.
Но ведь есть же пророчество, данное Ирэлу, о моём возвращении. Значит, всё не зря – мне суждено было вернуться в эти сумеречные земли и совершить всё то, что я сделал. Но быть может, это – всего лишь злая шутка богов, решивших возложить на мои плечи ответственность за гибель моего народа, сделать меня его палачом. Тогда, за что же это мне – видеть как все мои благие намерения оборачиваются пеплом на ветру. Как знать, быть может, прав был Валеардис, и я погублю свою страну, также как и он когда-то обрёк на верную смерть, вверенных ему верноподданных. И имя моё будет тысячи лет проклято в вечности. Если останутся в живых ещё те, что смогут его проклясть. Но встречая всё чаще внизу, на земле, новые и новые покинутые поселения, чьи жители, ведомые омерзительными трёхлапыми тварями, нестройными рядами маршировали, устремляясь на юг, запад и восток – во все направления света – надежда меркла в душе моей, уступая место темноте и ужасу от осознания моей причастности ко всему происходящему там, под нашими ногами.
Смертельная опасность повисла не только над Эльтамирой, орды заражённых угрожали и другим странам – долине Кэрлот и даже Светлым Землям. Что же я натворил? Я подставил под удар не только Эльтамиру, но и весь наш мир. Но какой у меня был выбор – по-хорошему Наммтар корону Анорла мне бы не отдал, равно, как не захотел бы увести свои войска прочь из моих земель. Да и мог ли я знать, что убив одного демона, воскрешу другого? Почему, решая поставленную передо мной задачу, я обретаю ещё больше проблем? Порой я жалею, что вообще покинул свой дом в Свободном краю, вступив в эту непредсказуемую и жестокую игру, зачастую и вовсе мне непонятную. Но я сделал свой выбор, а значит, нужно идти до конца.