- Как же случилось так, что мы с ним разминулись? - недоумевал я.
- Судя, по оставленному тварью, кровавому следу, она ринулась наверх, минуя нас по техническим коридорам. – пояснил приор, задумчиво разглядывая, вымазанный тёмной кровью и слизью, каменный пол.
- И как же вышло, что столь опасного пациента охраняли так небрежно? - вопросил я монаха, многозначительно глянув на него, от чего он понурил голову.
- Мой король, - замямлил приор, - наш опекаемый не подавал ранее признаков агрессии в адрес стражи или братьев.
Пропустив его оправдания мимо ушей, я повелел:
- Созовите стражу, пусть прочешут всё восточное крыло замка.
Не пряча меча в ножны, я отправился прочь, намереваясь разыскать Лерната собственноручно, ибо никому я не мог уже ничего доверить.
***
Часы неустанно сменяли друг друга, было уже далеко за полдень, а я всё вглядывался полусонными глазами в непроглядную темноту узких, извилистых «чёрных» коридоров, куда уводили следы Лерната. Я искал его, прислушиваясь к малейшему шороху, действуя в абсолютном мраке, так как свет мог спугнуть его. Но всё без толку – мы полностью прочесали всё восточное крыло Дворца, но обнаружили лишь следы слизи на полу, стенах и потолке, оставленные Лернатом, сам же он бесследно исчез.
Я блуждал в темноте, бессмысленно и бесцельно, уже не надеясь отыскать то существо, что столь ловко скрывалось где-то в застенках моей резиденции. Я не мог контролировать даже то, что происходит в моём доме, куда уж до целой страны!.. Мысли мои, словно хмурые тучи, клубились у меня в голове, будучи в совершенно ином месте, не здесь. Навалившиеся в последние дни бесконечные проблемы, которые я отчаянно и, зачастую, безуспешно пытался решить, тяжёлым грузом давили на меня, не давая сосредоточится на чём-то конкретном. Я чувствовал, что если не найду выход в ближайшее время, то попросту буду раздавлен, окружившими меня со всех сторон, безответными задачами. Возымеют ли, принятые мною сегодня утром, решения хоть какое-то реальное действие? Или же и они будут также провальны, как их предшественники.
Но, быть может, Наргет или Ирэл принесут добрые вести с востока и юга? Вот только и в этом я не был уверен – веками Эльтамира делала всё, чтобы отгородиться от своих соседей, в долине Кэрлот наш народ открыто недолюбливают за то, что даже сейчас Анэру нередко угоняют людей в рабство, совершенно не видя в этом ничего дурного. Как и в памяти Светлых Земель свежа ещё пусть и старая, но кровопролитная война, вспыхнувшая после смерти королевы Интариэнь, жены Анорла, отравленной Келарном, принцем южного королевства, который за своё злодеяние был убит на месте преступления владыкой Страны Туманов. Та древняя вражда унесла много жизней и не принесла победы ни одному из государств. Так придут ли наши соседи к нам на помощь, ведь сами они о ней недавно взывали? Только тогда Эльтамира ответила им немым молчанием. Кто знает, возможно, сейчас нам отплатят той же монетой.
Тьма вокруг меня и тьма во мне, я блуждал не только в непроглядном мраке извилистого узкого коридора, но и во мгле своих тяжких дум. Совсем потеряв счёт времени, я внезапно осознал, что совершенно не понимаю, где именно нахожусь. Вынув из кармана небольшой светильник, я зажёг его, озарив слабым светом шершавые стены – но мне это не помогло: понять куда я забрёл, погружённый в свои мысли, мне не удалось. «Теперь ко всему прочему, я ещё и заблудился», - невольно подумал я, едва сдерживая бессильную ярость, закипавшую во мне. Тяжело вздохнув, я отправился искать, но теперь уже не Лерната, а выход из этого лабиринта.
Тусклый свет лампады в руке моей выхватывал из темноты унылые серые стены и низкий потолок, с лёгким налётом копоти. Этими коридорами давно уже никто не пользовался, они были созданы скорее на случай спешного побега из замка. Даже потайные ходы в Крепости Адриана, по которым мы с Наргетом, Лернатом и Вемертом покинули оплот Наммтара, казались мне теперь не такими уж мрачными и тёмными.
Да уж… бедный Лернат – он был в отряде Алирия, пережил пленение и гибель своих товарищей от рук Наммтара, выжил при осаде Адриановой Крепости, смог убежать вместе с нами от гончих Ада. А теперь вот он превратился в неведомо что, с хвостом и копытами, заражённый дьявольской тварью у себя на родине и столь неудачно лечимый приорами. Наверное, мне бы стоило сейчас жалеть своего товарища, но я практически ничего уже не чувствовал – многочисленные потери, произошедшие за столь короткий срок, притупили мои чувства. Если кто-то ещё и мог вызвать эмоциональный отклик в душе моей – так это Нирмала.