Эрик чуть улыбнулся:
- Не сразу. Нужно еще пройти подготовку, но примерно через год, я думаю, что буду уже вон там, - и снова показал рукой на такую яркую звезду. - Если не появится причина остаться…
Я пыталась собрать разбегающиеся мысли:
- А как же твоя семья? Твоя девушка? Разве это недостаточные причины, чтобы остаться?
- Я очень люблю свою семью, но сейчас у них все хорошо, я же выкупил их у прошлого хозяина и арендую небольшой домик. Теперь у них будет спокойное будущее, а я вместе с другими могу попробовать построить новый мир, с новым устоем и новыми правилами. Естественно, эта планета будет колонией Лиреи, но все же влияние будет ослаблено.
Я обдумывала его слова. Эрик ни слова не сказал про девушку, интересно, что это значит? Что они расстались? Или просто она не является причиной, удерживающей его здесь? И сама себя одернула, ну какая мне разница, что там у них происходит.
Мы продолжали лежать рядом, в нескольких сантиметрах друг от друга, и только наши ладони немного соприкасались. Низкое звездное небо было просто фантастическим, теплый ветер шевелил траву, которую в темноте было практически не заметно, и приносил запах ночного леса. Поскольку время в этой комнате было ускорено, то часть небосклона уже посветлела. Скоро наступит рассвет.
- Эрик, мне скоро заступать на смену, я пойду, - и села, собираясь уйти.
Капитан быстро поднялся и протянул мне руку, помогая встать. Я была уже на ногах, а Эрик все не отпускал мою ладонь. Снова непроизвольно восхитилась этой волшебной комнатой, мы стояли по середине огромного поля, под ночным небом, и лишь звезды и луна освещали пространство вокруг. И в этом неярком свете я видела его глаза, не отрывающиеся от моего лица. Да, друзьями мы не были. Забрала свою руку и отступила на шаг, потому что почувствовала, что еще секунда и капитан снова нарушит правила Управления, запрещающие любые личные отношения внутри команды.
- Спокойной ночи, - произнесла я, поворачиваясь и выходя из комнаты. По корабельному времени наступила глубокая ночь.
*****************
Ровно через две недели плавания, мы прибыли к подводной базе. Стыковку проводил сам капитан, а поскольку как раз была моя смена, я тоже присутствовала в рубке. На огромном экране во всю переднюю часть рубки, показывались контуры объекта с малейшими деталями, движущиеся подводные обитатели, которые на такой глубине были просто огромных размеров, а за базой виднелся провал дна. Компьютер достроил рельеф пропасти на несколько километров вниз, дальше приборы не показывали.
Мы попробовали связаться с базой, но ответа так и не получили. В рубке царило нервное возбуждение и стоились предположения, наиболее вероятная версия была в полном отказе оборудования связи. Но мы как раз привезли различные блоки для замены и ремонта, и мастеров, способных это починить.
Наша лодка подошла своим шестым ярусом вплотную к стыковочному отсеку, секунда и шлюз плотно “присосался” к их двери. Первыми выдвигались Эрик и Джейк, как официальные боевые единицы. Несмотря на то, что все верили в неисправность оборудования, предосторожности были нелишними. Ребята облачились в специальные костюмы, в которых можно было находиться под водой с запасом кислорода и направились в шлюз. Мы все наблюдали за ними из рубки по специальным камерам, установленным там. Открыли дверь с нашей стороны, неспешно прошли выдвижной коридор, который под их шагами несильно покачивался и подошли к двери базы. Нажав специальную кнопку, стали ждать. Минут через десять, мы все поняли, что бесполезно, и надо дверь взламывать. К ним на помощь поспешили два огромных верзилы из команды лодки, имена которых я до сих пор не потрудилась узнать, так как пересекалась с ними редко, и они вызывали чувство неприятия.
С помощью специальной лазерной пилы, они вчетвером вырезали дверь, и смогли войти. Когда ребята очутились на базе, включились камеры, установленные на их шлемах и мы все уставились на огромный экран.
Сначала показался длинный темный коридор, Эрик шел первый и зажег яркий фонарик, освещающий пространство впереди.
Эрик: “Капитан, датчики не показывают движение, свет отсутствует, даже аварийный, но кислород в норме, значит компрессоры работают. Думаю, можно снять шлемы”.
Капитан: “Пока не надо. Направляйтесь в рубку управления, должен же там кто-то быть. Сейчас идите прямо, затем на лифте до пятого уровня”.
Эрик: “Ок, поняли”.
Ребята уверенно продвигались вперед, фонарик выхватывал отдельные участки длинного пути. Джейк немного повернул голову и его камера показала что-то белое на полу разветвления коридора, но через мгновение он снова посмотрел прямо и изображение пропало.
Я обратилась к капитану:
- Капитан, камера Джейка что-то показала, на полу слева.
- Что именно?
- Я не успела разглядеть, - про то, что мне это напомнило, я предпочла промолчать.
Капитан: “Эрик, Джейк, вернитесь немного назад, на полу что-то лежало, давайте посмотрим”.
Эрик: “Поняли, возвращаемся”.
Ребята развернулись и направились назад, активно смотря по сторонам. А потом мы все замерли в рубке, не дыша, смотря на экран. Камера показывала человека в белом комбинезоне, лежащего лицом на полу.
Джейк склонился над ним и перевернул. По рубке пронесся возглас ужаса. Все лицо человека было обезображено какими-то язвами, из рта вывалился синий, с открытыми ранами язык. Только по короткой стрижке можно было определить, что он был мужчиной. Самые слабонервные стали выбегать в туалет, зажимая рты руками. Я глубоко вздохнула, хотя мы и были попривычнее к неприятным зрелищам, чем большинство команды, но даже мне с трудом удалось подавить приступ тошноты.
Тем временем, Эрик тоже склонился над трупом и отчитывался капитану:
- Мертв, как минимум несколько дней. Причина смерти неясна. Такого я раньше не видел.
Капитан: “Продвигайтесь в рубку, надо выяснить, что случилось”.
Ребята дошли до лифта, который нормально работал, и поднялись на пятый уровень. Как только вышли на нужном этаже, сразу же натолкнулись еще на два тела в белых комбинезонах, видимо, на базе была такая униформа.
Оба трупа были обезображены также как и первый, все открытые участки тела были выедены язвами. Чем ближе Эрик и Джейк подходили к рубке, тем чаще натыкались на сотрудников базы. Они уже перестали наклонятся к каждому, и так было понятно, что у всех одно и тоже. Дверь рубки была заблокирована, и Джейк достал из-за спины пилу, и начал методично ее вскрывать.
Часть команды вернулась в рубку светло-зеленого цвета, часть еще нет. Оглянувшись в очередной раз, заметила Адама, который с напряжением вглядывался в экран. Ребята, наконец, вскрыли дверь рубки и смогли войти. Там находилось около десяти бывших сотрудников базы, кто-то сидел в своих креслах, кто-то лежал на полу, но все они были мертвы.
Капитан отдал приказ:
- Скопируйте из главного компьютера всю информацию, нужно разобраться, что же здесь произошло.
Эрик, аккуратно отодвинув кресло с трупом, подошел к работающему компьютеру, и начал скачивать информацию. Джейк собирал электронные панели капитана и помощников. Когда они закончили и собрались выходить, камеры на их шлемах заморгали и отключились.
В рубке в очередной раздался испуганный всеобщий вздох.
Эрик проговорил в микрофон:
- Капитан, тут с камерами неполадки, боюсь, связь вообще прервется. Мы возвращаемся.
- Ждем вас, - голос капитана был серьезен как никогда.
Я видела, как он сжимает и разжимает пальцы в кулак в сильном волнении. Я переглянулась с Адамом. Только мы знали, что происходит. Задание нашей команды состояло в том, чтобы привезти бумаги из научной лаборатории, находящейся на базе, которая проводила секретные опыты и разрабатывала новое биологическое оружие. Ребята не могли сказать капитану, что пошли за их последними разработками, поэтому и сымитировали отключение камер и микрофонов.
Прошло десять минут, пятнадцать. Ребята все не возвращались и напряжение в рубке зашкаливало. Капитан периодически пытался выйти с ребятами на связь, но безрезультатно. Тут, как назло, пришел профессор Лийк, самый главный из научных сотрудников, прибывших на базу, сменять предыдущих.