– Хорошенький ученик.
– А то. Он нам столько бед принёс, Серёга, ты бы только знал… У него случаются приступы бесконтрольной агрессии, если довести. И все этим пользуются, кроме учителей, разумеется. Один старшак, сволочь, даже канал в интернете завёл с его реакциями. Доводит, достаёт камеру – и снимает. Он у нас и учителей всех обматерил, и в классе всем по синяку поставил. Ужас, короче.
Когда речь зашла о сквернословии, Сергей чуть не поперхнулся.
– И никуда его деть нельзя? – шокировано спросил он.
– Тут такая история… – ответил Андрей расстроено. – Школа может давать только рекомендации о переводе. Но сами оформлять перевод мы не можем. Сейчас школа такая же бесправная, как и её работники. К нам мужики и молодые девчонки не приходят из-за всей этой темы с домогательствами. Что стоит компании одиннадцатиклассников поймать молоденькую учительницу, когда та будет выходить с работы, и завести в тёмный переулок? Им даже не будет ничего особо. Ты же знаешь нынешних мамаш и диванных защитников – начнут винить жертву. Мол, не оделась бы, как проститутка, сыночка бы её и не захотел.
– Да в семнадцать лет у парней желание может вызвать даже стройное дерево в парке, – заметил Сергей.
– Вот и я о том же. А учительницам теперь в парандже ходить? В общем, возвращаясь к нашим агрессивным баранам. Мать у него такая же неадекватная, как и он. Во всем винит только учителей. Они его бьют – по его же рассказам – то головой об стену, то железной палкой, то ногами, всем педсоставом… Короче, устроили учителя тут бойцовский клуб, и никто про него не знает, потому что все первое правило клуба блюдут. Переводить эта мамаша своё дитятко отказывается. Говорит, обязанность учителей – воспитание, а отсюда следует, по её логике, что и обуздание гнева.
– Она бы ещё попросила обуздать ветер на улице или машину без тормозов.
– Вот! Идеальное сравнение! – воскликнул Андрей. – Этот ребёнок действительно без тормозов. Был случай, когда дети в снегу кувыркались, дрались и переругивались. Мимо шёл директор. Разумеется, тот парень выражений не выбирал, а потому маты неслись прямо-таки бурным потоком. Директор остановилась, определила источник брани и сделала замечание. Угадай, что было дальше?
– Её послали?
– В точку. В пятую, если быть точным. Ты бы знал, как дети напугались! Я тогда смотрел за этим в окно и видел, как веселье у охламонов сменяется ужасом и стыдом. Они отступили от парня, чтобы не попасть под директорскую раздачу, а кто-то даже убежал, сверкая валенками. Сам мальчик вообще не выкупил, что такого натворил, а потому спросил у директора, какого хрена она вылупилась? Отдаю должное: она не сказала ему ни слова, а только подошла, взяла за ухо и потащила в школу.
– Вот это у неё характер, – отметил Сергей, восторженно улыбаясь. – Сейчас же пылинки с детей сдувают, как ты говорил. Что она с ним сделала? Живой хотя б?
– Был бы он мёртвым, я бы не стал рассказывать, – с сожалением в голосе ответил Андрей. – В общем, он отправился через всю школу в кабинет директора, при этом матерясь. Таких сложных матюков я не слышал даже от соседей-алкоголиков. Остальное знаю по рассказам. «Красное ухо» сел в приёмной, пока директор пыталась дозвониться до его матери. Она тут же прибежала, стала высказывать претензии и чуть ли не переходить на тот же уровень лексики, что и её сыночка. Давила на то, что директор не имела права трогать ребёнка. Та ей в ответ, что мальчик не должен был посылать её и материть. Препирались долго. Сошлись на том, что парень извинится. Но я бы не рассказал этой истории, если бы он и тут не проявил характер. Знаешь, что он сказал?
– Ну?
– Дословно: «Извините, что послал вас в жопу». Здорово, правда?
Андрей засмеялся, да так заразительно, что Сергей не смог удержаться и безудержно захохотал тоже. Смех отражался от бетонных стен, усиливаясь, а потому казалось, что смеётся и само здание.
– Н-да, – протянул Сергей, вытирая слезу с раскрасневшейся щеки. – Вот это у вас кадры здесь, Андрюха…
Так травили байки до позднего вечера. Андрей, живший бобылём в неотделанной квартире, не горел желанием в неё возвращаться, о чём и сказал Сергею. Тот уже несколько раз посмотрел на часы и спросил, не пора ли другу домой. А друг был не против компании, но хотел дописать птиц именно этим вечером, чтобы завтра забрать домой и покрыть лаком.
– А тебя твои тараканы не потеряют? – спросил Сергей. – К здешним не приревнуют?
– Нет. Я и сам по ним скучать не буду, – ответил Андрей и похлопал по дивану, подняв облако пыли. – Здесь вон клопы есть. Эти ближе к телу.