3
Так компания поделилась на пары. Санька сошёлся со своей Полиной так быстро, словно они давно знали друг друга и не виделись всего пару дней. Он по-хозяйски взял её за талию, а она не возражала, через час и вовсе села к нему на колени. Арсений же сел поближе к Соньке – на подлокотник её кресла, стоящего отдельно ото всех. И начал обольщение с беспроигрышного вопроса для девушек, подобных ей:
– А ты была в Питере? – он почти что прошептал это ей на ухо, и в её глазах сразу вспыхнул интерес.
Арсений заговорил о том, как был прав Бродский, желая уйти умирать на Васильевский остров. Услышав заветное имя, девушка полностью увлеклась, перестав даже смотреть в сторону подруг.
А Сергей же, не зная, о чём говорить со своей незнакомкой, молчал, глупо хлопая глазами. И она начала сама, ткнув тонкими пальцами в нос на портрете Бориса Леонидовича.
– Хорошая футболка, – сказала Поля, ощупывая ткань. – А поэт – отличный, не слушай эту декадентку. Только как-то тебе великовато…
– Есть такое, – согласился Сергей и пошёл дальше по тронувшемуся льду разговора. – До армии я был чуть объёмнее, а обновить гардероб не успел. Такие дела. А кого ты любишь?
– Тарковского, – ответила девушка, поколебавшись, будто боясь, что её неочевидный выбор прозвучит фальшиво. – Не режиссёра, конечно, а его отца…
– Нам можно это не объяснять, – остановил Сергей. – По долгу скорой службы обязаны знать.
– Это для нас с Сеней она скорая, – вмешался Санька, повернувшийся на голос друга. – А тебе на два года больше вариться в студентах, если денег скопить умудришься к следующему году.
– И не напоминай... Лучше давайте допьём ваше вино. Куда вы его спрятали?
Полина мягко отвела руку Саньки с талии и встала. В длинном узком шкафу с оторванной ручкой – она лежала на тумбочке рядом – стояли три разных бутылки вина. Открыв ногтями дверцу, девушка вытащила их и поставила на стол. Сонька тут же схватила ту, вино из которой недавно пила, а Санька из двух оставшихся выбрал знакомый бренд. Сергею с Полей же досталась бутылка с вынутой пробкой.
– Крепости тут немного, зато моё любимое, – отозвалась Поля. – Повезло, что никто не успел схватить.
И она стала пить прямо из горлышка. От мелких глотков чуть покачивалась её грудь, на что Сергей засмотрелся, как заворожённый. Поля этого не замечала, и он успел отвести взгляд в последний момент, когда она закончила пить, слегка поморщившись.
Шестерёнки разговора, смазанные алкоголем, закрутились уже быстрее и легче. Фразы Сергея становились всё уместнее и точнее, всё чаще вызывали смех у Поли. У Арсения с Санькой тоже всё было естественно и органично. Три удачно сложившихся пары общались, как старые знакомые.
И пока алкоголь способствовал, чтобы языки расплетались, плавно пришла новая стадия опьянения. Сергей уже не мог дождаться перехода к тому, чтоб языки заплетались друг в друге, и посматривал на блестящие губы Поли.
Тем временем журнальный столик превратился будто в игрушечный город. Вместо небоскрёбов в нём высились стеклянные башни со шпилями узких горлышек. Вместо панельных пятиэтажек – пакеты из-под чипсов и сухариков. А ближе к деревянной земле распластались пакеты жёлтого полосатика как парки. И весь этот макет трясся и гремел то от топота ног, то от стука мебельных ножек.
Сонька с Арсением теперь оба сидели на подлокотниках, вступив в какое-то показное равенство. Арсений кивал на реплики собеседницы о пользе феминизма, но думал совсем о другом вопросе: что ждёт его под безразмерной толстовкой девушки. Он приобнимал Соньку, чтобы хотя бы частично узнать ответ. Та не сопротивлялась, и вскоре Арсения приятно удивила стройность её фигуры. Более того – полная нагота под одеждой. Стало понятно, почему девушка сидит в душной комнате в толстовке. И пока кожу под ней Арсений нежно гладил рукой, Сонька таяла от прикосновений – он ощущал это, а потому отвлекался только на пополнение бокалов.
Санька тоже не ограничивался нежными поцелуями в шею Полины. С её талии он опустил руку на её бёдра. Высокая, тонкая, хрупкая девушка всё-таки оказалась на ощупь очень приятной и мягкой. И любопытные пальцы Саньки продолжили спускаться всё ниже и ниже, к ягодицам.
А Сергей всего лишь держал лежавшую напротив Полю за руки, не порываясь даже поцеловать. У его друзей проблем с этим не было: снова и снова слышались влажные и сочные звуки, с какими смыкаются чьи-то губы. Сергей было думал, что делает что-то не так, что слишком застенчив или скучен, но заинтересованность на лице Поли прогоняла эти мысли. Тогда показалось, что всё в порядке – это соседние пары куда-то слишком торопятся.