И снова я во всей красе предстала перед ним, теперь опозорившись окончательно. Это какая-то злая шутка судьбы, честное слово. Хотя откуда в моей пустой голове такие мысли берутся? Правильно, фиг его знает. Ему некогда было рассматривать меня, ведь он должен был оказать мне помощь или найти того, кто бы смог её оказать. И нашёл, и не отвернулся от меня.
Сидней даже не постеснялся познакомить меня со своей мамой, хотя я от стыда была готова провалиться сквозь землю. Что предстало перед глазами этой женщины? Побитое и униженное существо? Да, у меня талант появляться перед Сиднеем, а теперь и его мамой, в лучших своих нарядах. От «Армани», не иначе.
Вот входная дверь захлопнулась и в квартире воцарилась тишина. Промучившись ещё какое-то время, я наконец-то смогла уснуть, погружаясь в мир беспокойных сновидений и иллюзий.
Проспав около суток – Джесс и Кристал по очереди проверяли моё состояние, принося мне лекарства и еду - и почувствовав себя определённо лучше, я решила выбраться из постели. В зеркало я боялась смотреть, примерно представляя, какое кошмарное зрелище меня в нём ожидает. Поэтому целенаправленно прошла в душ, вставая под струи тёплой воды. Хотелось смыть с себя всё, а заодно, после душа, сменить одежду и простыни.
Покончив со всем, я вышла из комнаты в хранившую тишину квартиру. Джесс, видимо, отвезла Кристал в школу, а сама всё-таки отправилась на работу. Это и хорошо с одной стороны, что их нет. Не хотелось бы видеть в их глазах жалость ко мне. А чрезмерная опека вообще бы меня допекла.
Я с трудом передвигалась, потому что была всё ещё слаба и страдала от боли в ребрах. Это тормозило мои действия. Я периодически морщилась от болевых ощущений. Медленно добредя до холодильника, я решила сделать себе сэндвич с индейкой и листиком салата, и, не торопясь, поплелась в гостиную, едва волоча ноги. Хватит на сегодня движений, пора прижать свою мягкую точку и расслабиться.
Включила телевизор, нашла канал «Дискавери», и медленно жуя, стала смотреть передачу о макаках. Ну, а что? Сородичи, мои так точно.
Как только я устроилась на диване поудобнее, рядом раздался звонок. Я сняла трубку, звонила Джесс.
- Привет, Мэди. Как ты?
- Вроде живу. И умирать пока не собираюсь.
- Вот совсем не смешно.
- А я и не смеюсь.
- Кристал я отвезла в школу, а ты отдыхай. Я сегодня пораньше постараюсь прийти домой.
- Да, мамочка.
- Мэди, уши надеру. Веди себя прилично, детка. Мама переживает.
- Хорошо, мамочка.
- И прими лекарства. Вроде ничего не забыла. Так, мне пора, но я ещё позвоню.
Я положила телефон и только поднесла руку с сэндвичем ко рту, как тут снова раздался звонок.
- Джесс, ну хватит наставления мне давать, я поняла, поняла, - сказала я, параллельно откусывая кусок от сэндвича и жуя, продолжая вещать подруге, - сижу на попе ровно, не шалю, смотрю «Дискавери». Успокойся, мама, - весело сказала в трубку.
- И что же показывают по «Дискавери»? - бархатный голос заставил меня подавиться сэндвичем и закашляться. Сэндвич сразу же был безжалостно брошен на тарелку, где он пал жертвой моего безразличия.
Знаете то чувство, когда у тебя на груди лежит кот и мурчит так громко-громко, что вибрации отдаются эхом в твоей грудной клетке? Вот такой же эффект пронесся по всему моему телу от голоса Сиднея. А это был именно он. Так какой на фиг сэндвич?
- Как мартышки спариваются, - не задумываясь, ляпнула я. Приглушенный смех на том конце провода дал понять, что я опять сморозила что-то не то. Отлично, просто сто баллов, Мэдисон!
- И как успехи у приматов?
- Нашими молитвами… размножаются… - снова его бархатный смех.
- Это похвально. Я хотел с тобой поговорить.
Вот как так может быть? Ещё минуту назад мне казалось, что я чувствую себя выжатой после всего, но стоило позвонить Сиднею, как вместо этого я ощутила оживление и странное возбуждение. Видимо, я сильно приложилась головой.
- Я тебя слушаю.
- Хорошо, - довольно произнёс он и отключился.