За всей этой занятостью я почти не видела Кэндис и Кристал, которые были предоставлены сами себе целыми днями, шатаясь по магазинам и улицам города, пользуясь личным автомобилем дедушки. Но девчонки явно не особо переживали по этому поводу. Единственное, я была категорически против, когда дед велел охране, приставленной к ним Сиднеем, и своему водителю отвезти девочек по их просьбе в дом Диор. Что-что, а баловать детей не нужно. Такими темпами они разорят мистера Коулмана, а я сгорю на месте от стыда за неуёмные аппетиты младшей Мур.
Но сегодняшний день перевернул всё с ног на голову. Сегодня работа заставила нас разделиться с Сиднеем: у него была важная встреча, а у меня – работа в офисе. Поэтому сегодня мой обед прошел в компании коллег в кафе напротив, а не в «нашем» с Сиднеем кафе.
И вот, отобедав, мы с коллегами зашли в лифт здания и уже собирались подняться в офис, как двери придержали, а в него вошли Сидней с девушкой. Немыслимая радость от его появления и присутствия сменилась всепоглощающей и пронизывающей грустью и ревностью от вида темноволосой красавицы, стоящей по левую руку от него. Она, в обтягивающем кремовом платье, и Сидней, в простом черном костюме, свежей белой рубашке с расстёгнутыми верхними пуговицами, так и застыли в моём сознании немой картинкой, что причиняла сердцу невыносимую боль, подогревая во мне все низменные чувства. Казалось, в эту секунду я была готова убить её просто за взгляды, которые она ему посылала.
Девушка выглядела шикарно, а вместе с этим дружелюбно, всего лишь шагнув в кабину лифта и одарив всех широкой улыбкой. Из радостных разговоров сотрудников я услышала на французском имя - Корин. Она была потрясающе красива, просто умопомрачительно, с сияющей совершенной кожей, яркими ухоженными темными волосами и великолепной фигурой. Когда Корин беседовала, её белоснежная улыбка как будто касалась всех, словно солнышко своими лучиками играло у вас на коже. Глаза светились, а во время разговора она так или иначе касалась Сиднея, слегка заигрывая: касание бедром, плечом, затем взяла его под руку, посмеялась какой-то шутке, бросила кокетливый взгляд в сторону моего Ланселота, чуть склонилась в сторону Сиднея, открывая его взору глубокое декольте в совокупности со страстью во взгляде. Надо ли говорить, что она мне сразу не понравилась? Вот сразу…
Мне стало душно, мне стало тесно в этой кабине лифта, хоть клаустрофобией я никогда не страдала. Сидней прожигал меня взглядом, я чувствовала это, но упрямо продолжала смотреть перед собой с невозмутимым выражением лица. Внутри образовалась пустота. Ну, вот и всё, сказка закончилась, а мне пора очнуться. Наивная… Сидней решил время даром не терять и перед свадьбой как следует трахнуть напоследок более сексуальный и подходящий объект для этого. Куда мне там? Я всего лишь путь к фирме. Зачем тогда давать мне надежду и соблазнять? Для чего всё это? Очередной трофей? Что за игры?
Двери лифта отворились на нашем этаже, и мы вышли все вместе. Сидней собирался пройти в свой кабинет вместе с девушкой, но перед этим подошёл ко мне и спросил:
- С тобой всё хорошо?
- Да, всё просто прекрасно, - ответила как можно спокойнее я.
- Нам с Корин надо переговорить, через минут пятнадцать принеси, пожалуйста, нам кофе. Себе тоже.
- Я не хочу кофе.
- Хорошо, можешь сделать себе чай. Или вообще можешь попросить кого-то другого.
- Нет, я сделаю вам кофе, нет проблем, - вот на одном упрямстве сделаю.
Всё это время за нами из прохода в кабинет наблюдала Корин, которая осторожным, оценивающим взглядом прошлась по мне как асфальтоукладчик. По крайней мере, ощущение было именно таким. Поэтому я не стала развивать с Сиднеем дискуссий в коридоре и привлекать ещё и внимание коллег. Я сделала для себя выводы.
Перед тем, как Сидней закрыл дверь в кабинет, заметила небольшой скепсис в глазах Корин в мою сторону, когда она, видимо, пришла к выводу, что вряд ли между мной и Сиднеем может быть что-то серьёзное, а я для неё никакая не соперница.
Пока я готовила кофе в общей комнате для сотрудников, успела услышать от коллег, что Сидней был около пяти месяцев с ней в прошлом, и у них были вроде как серьезные отношения, которые непонятно чем закончились, когда он неожиданно вернулся в Америку.