— Господин Майер, мы же с вами друзья. Я сделаю все, чтобы исполнить ваше желание, но в свою очередь хочу задать вам вопрос: вы поможете мне продать лазурит и рубины?
— Считайте, что мы договорились, уважаемый Рахматулло.
— Ну что ж, тогда пойдемте осмотрим эти ценности и вечером отправимся обратно.
— Кто с нами пойдет?
— Я оставляю здесь свежие силы, обратно с нами пойдут те, кого отправляют на отдых и лечение.
— А русские?
— Конечно. И как только мы прибудем в Пешавар, они — ваши.
Глава 18
Шло время. Невольников хорошо кормили, разрешали гулять, проводить время по своему усмотрению. Но ограниченное колючей проволокой и высокими вершинами гор пространство постепенно словно сжималось вокруг них, давило на сознание, вызывая в душах тревогу, тоску по дому и все более растущий протест против заточения в этом далеком, глухом горном уголке.
Конечно, и Левин, и Стрельцов понимали свое бессилие и зависимость от Керима. Оставалось одно: ждать и надеяться на случай. Собственно, они так и решили: собирать максимум информации и дожидаться момента.
Как и обещал Керим, им предоставили неплохие условия для работы, в том числе и аппаратуру, о которой у себя на родине ученые могли только мечтать.
Но слишком масштабную задачу поставили перед ними, и ученые не были уверены, что выполнят ее. Несмотря на это, принялись за работу с интересом. Как бы там ни было, но упускать возможность проводить эксперименты, поиски, работать с огромным количеством материала и литературы было бы глупым. И ученые работали, бывало, даже без перерыва на обед.
Почти ежедневно приходил Анохин. Его визиты, скорее, походили на проверку. Правда, всем своим видом Анохин демонстрировал желание пообщаться с соотечественниками. Он больше не вспоминал о своем обещании выделить им помощников из числа советских солдат, а Левин и Стрельцов, боясь насторожить бывшего «комитетчика», тоже молчали.
Чаще стал появляться и Керим. В разговоре он становился все более откровенным.
Вот и сейчас, застав ученых за работой, он предложил прерваться, усадил в джип и повез домой, где был накрыт шикарный стол. Оказалось, он знал, что сегодня у Стрельцова день рождения, и, когда все, в том числе и появившийся в последний момент Анохин, сели за стол, Керим встал:
— Господа, сегодня у Андрея Дмитриевича знаменательный день, я предлагаю поднять бокалы за его здоровье и успехи.
Все встали и, чуть приподняв широкие бокалы с виски, выпили.
После этого Керим протянул имениннику золотые часы:
— Пусть они напоминают вам, что час торжества нашей идеи приближается. Если каждый сделает все, что ему положено, то жизнь станет райской.
Анохин бесцеремонно взял подарок в руки:
— Ого, «Ролекс», они рассчитаны даже на плавание под водой.
— Правильно, — заметил Керим, — один из главных наших объектов находится на большой глубине, и в прогулке по дну океана такая вещица не помешает.
— А что это за объект? — голос Стрельцова чуть дрогнул. Он не мог скрыть своего волнения, так как понимал, что от ответа зависит, насколько им доверяют Керим и Анохин.
Волнение Стрельцова заметили все, и на какое-то время наступила неловкая пауза.
Первым нашелся Керим. Он словно не слышал вопроса Стрельцова:
— Мне приятно, что вы по-деловому отнеслись к нашему предложению и взялись за работу. Это подтверждает, что вы поверили нам. У меня нет оснований не доверять вам, господа. С сегодняшнего дня у нас секретов от вас нет. Предлагаю выпить за наше взаимное доверие.
Выпили и взялись за обед. Керим шутил:
— Кажется, благодаря господину Анохину и вам, господа, я научусь пить виски по-русски — с обильной закуской.
И опять наступила тишина. Слуга принес в чашках бульон, затем принялись за второе.
Керим кивнул Анохину, и тот снова налил в бокалы виски.
Керим, глядя на бокал, задумчиво сказал:
— Кто может ответить, вечна ли жизнь на нашей планете? Не постигнет ли человека участь динозавров? — И вдруг Керим улыбнулся: — Как вы считаете, господин Стрельцов?
Стрельцов молча взял бокал.
Последовала новая пауза. Стрельцов явно собирался с мыслями:
— Когда я думаю о смысле жизни на Земле, природе и месте человека как представителя Разума, то все больше прихожу к выводу, что если жизнь не вечна на нашей планете, то создала она человека для того, чтобы он достиг наивысшего уровня Совершенства и Познания именно к тому моменту, когда Земля, израсходовав все свои ресурсы, станет на пороге прекращения своего существования. Если это так, то предназначение Человека — это сохранить Разум и Жизнь и доставить на другую приемлемую для их дальнейшего существования и развития планету, — Стрельцов оторвал свой взгляд от бокала и по очереди посмотрел на сидящих за столом. Убедившись, что все внимательно слушают, продолжил: — Из этого следует вывод: во Вселенной есть планеты, на которых имеются наши братья по разуму.