Среди полезных вещей находили фонарики и средства личной гигиены. Кстати, в квартирах было изрядное количество запасенной воды и некоторые воспользовались случаем немного обмыться. Найденные среди вещей носки тоже пришлись как нельзя кстати. У большинства из нас за последние десять дней не было возможности их поменять.
Находясь в наблюдении, я заметил в бинокль странные темные полосы в поле за городом. Они располагались примерно в пяти-семи километрах западнее Иловайска и напоминали какие-то короткие окопы, расположенные параллельно друг другу. Присмотревшись повнимательнее, Дэн пришел к выводу, что это следы выжженной земли после запусков реактивных установок систем залпового огня. Чуть в стороне от этих полос на расстоянии нескольких сот метров располагалась густая «зеленка». Дэн высмотрел следы, которые вели от выжженной земли по полю в направлении «зеленки». Видимо, в ней скрывались чьи-то позиции. Все результаты наблюдения Дэн докладывал, но я не знаю кому. Его догадка о скрытых позициях подтвердилась ночью, когда по ним отработала артиллерия. До сих пор для меня остается загадкой, чьи это были позиции и чья артиллерия их накрыла, но, судя по тому, что мы тогда были в окружении, позиции, скорее всего, были «сепарские», а отработала по ним наша арта.
С наступлением темноты я наблюдал за вспышками и поднимающимся заревом в «зеленке», которая днем нам показалась подозрительной. После нескольких залпов и серии разрывов, «зеленка» начала детонировать. Видимо, артиллеристы очень удачно угадали с выбором цели. Пожарище бушевало несколько часов. После того как пожар немного утих, стала заметна суета на месте пожара и движение транспорта.
Также были видны поднимающиеся клубы пыли, а затем и зарево, уже ближе к городу. Похоже, чья-то артиллерия отрабатывала все подозрительные «зеленки» западнее Иловайска.
28 августа 2014 года
Перед самым рассветом начался очередной обстрел со стороны боевиков. Артиллерия пыталась нанести удар по депо, прилегающее почти вплотную к нашим пятиэтажкам. Один из «Градов» попал этажом выше в квартиру гаишника, которую я осматривал накануне. Союз докладывал из соседнего подъезда, что к ним в окно тоже что-то прилетело, но, к счастью, никто не пострадал.
Сложно сказать, велся ли огонь специально по домам, или это были недолеты по депо. Не исключено, что местные жители доложили сепаратистам о том, что в доме заняли позиции украинские военные, и тем самым навели огонь на свои дома. Видимо, рассчитывали, что «освободители» придут и выбьют нас из здания, а «освободители» решили, что будет проще развалить дом. В этой половине города это были единственные многоэтажные дома, и они очень выделялись на фоне остальных зданий. Как бы там ни было, но мы благополучно выдержали обстрел и продолжали следить за обстановкой с самой высокой из всех возможных точек занятой нами части города.
Тем временем под Многопольем наши бойцы собирали свидетельства присутствия российских войск на территории Украины. Как это происходило, вспоминал Спартак:
«Утром я, Мангуст и Помидор получили приказ выдвинуться на нашем пикапе к месту разгрома вражеской колонны и снять на видеокамеру, которую дали мне журналисты, доказательства вторжения российской армии на территорию Украины. Мы неплохо разбирались в российском современном снаряжении и оружии, поэтому для этого отправили именно нас. Это было важно сделать как можно быстрее, чтобы эти доказательства увидела российская и мировая общественность. Для того чтобы матери российских солдат, которые в это время получили «похоронки», поняли, что их дети погибли не на «учениях», как заявляло их правительство, а здесь, на Донбассе — на территории Украины. Погибли за то, что проявили акт вооруженной агрессии против нас. А от тех, кто попал в плен или был убит и кого не смогли забрать с собой, их правительство вообще открестилось.
Погибший российский десантник под Многопольем