– Как будет выглядеть фас в контексте – подставить животик? – поинтересовалась девушка.
– Кофе будете? Мне нужно взбодриться, – одновременно спросила Ильса и ответила, указав рукой на оборотней: – Если скомандовать им фас на вас, это как раз будет – догони и подставь животик, верно?
Старый оборотень весело рассмеялся:
– В такой-то вариации да.
– Хм… – задумалась девушка и кивнула. – Да, буду кофе и, если можно, с вашим прославленным бальзамом. А еще говорят, у вас водоросли есть по особому рецепту.
– Да, сейчас достану. Моллюски? Настойка белой ягоды?
– С удовольствием.
– Тогда обед, а потом всё остальное…
Ильса смогла скрыться на кухне, ивлинг с новой катаной ушел по своим делам, гостья присоединилась сначала к кофепитию с кусочком покупного пирога и двумя ложками бальзама в напиток, а потом с аппетитом попробовала морепродукты и оценила вкус. Потом снова насладилась кофе с бальзамом, настояв на нём, и слегка поплыла.
Через часик Ильса ушла в мастерскую, прихватив катану девушки. Сильную, но уже прилично ослабленную временем. Так как оставить ее девушка-ивлинг не могла, пришлось разделиться. Доверив гостью дочери, Ильса занялась работой, а милые девичьи посиделки переместились в сад на качели. Усталость чуть отошла от странных визитёров, но не пропала, алкоголь не помог. Ильса не стала бы работать с оружием, но катана взывала, и изувеченный меч буквально кричал. Ильса заварила себе глинтвейн, чтобы хоть как-то удержаться в реальности, и начала плавить мифрил.
Гостья охотно согласилась попробовать глинтвейн по особому рецепту, потом пожаловалась на сложности общения с социумом, выслушала о проблемах Лисы в школе…
Тут Ильса хотела вмешаться, но ее вовремя остановил оборотень:
– Не суетитесь, сейчас всё уладим.
Дальше разговор зашел об украшениях, ванной, качелях и вазочках из мифрила. Ильса то прислушивалась, то проваливалась в работу, занимаясь катаной, поэтому многое упустила. Точнее, она попала на завершение, вернув оружие прилично захмелевшей девушке, буквально осыпающей с крыльев мелкие всполохи – блёстки.
– Возьмите благодать, – велела она категорично. – Раз я у вас столько всего попросила.
– Я показала нашу ванну, – с гордостью сказала Лиса и поставила большую напольную вазу, явно сделанную только что из белого дерева и мифрила, куда девушка, красиво сложив крылья, ссыпала блестки.
– А рояль тоже показала? – уточнила Ильса обреченно.
– Еще нет, – просияла Лиса, – давайте покажу, он великолепен. Я начала учиться играть!
– Да ты что! Конечно, посмотрим… мастер, у вас великолепный дом, – с чувством сказала девушка.
– Как шкатулка из белого дерева, да, слышала, – улыбнулась Ильса, возвращая оружие.
Захмелевшая девушка ухватила свою катану, переливающуюся неземным блеском, и вышла на улицу. Не совсем трезвая гостья уверенно командовала, и ей подчинялись. Хотя и оборотни, и секретарь пробовали мягко урезонить и уговорить. Безуспешно, но попытки помочь Ильса оценила.
Властность и уверенность подавляли, как и непонятно почему возникшее желание согласиться. Собственная слабость подводила снова и снова…
Гостья сходила с Лисой, восхитилась роялем и вежливо, по словам дочери, попросила себе, пообещав вариант попроще, подходящий для учебы. Потом посмотрела на ванну и уточнила, можно ли ее увеличить, а то она мелковата. И Ильса взялась наращивать длину и объём в своей любимой ванне.
Оборотни помогали везде и всюду. По итогу гостья ссыпала блёстки, названные благодатью, в три сделанные при ней вазы с узким горлышком из полосок металла и белого дерева. Там они светились, словно экзотическая лампа.
Переделка качелей под крылья, обсуждение рецептов и заготовок, выпрошенная шкатулочка и зеркало в ванной, которое из-за мифрилового покрытия, оказывается, отлично отражало энергетику. В суете и активности в какой-то момент Ильса отключилась, точнее, пропали эмоции. Она говорила, реагировала, делала нужное и ненужное, пока гостья не ушла.
Та от всего сердца эмоционально благодарила и заверяла в своей поддержке. Ильса кивала, как марионетка, Лиса слушала и соглашалась, веселясь и расцветая от такой необычной компании. Сопровождающие запаковывали и уносили добро.