– И для чего мы тут собрались? – уточнил незнакомый маг. – Что в магометре не так?
– Это контрабанда, которую пока не передали дальше. Госпожа Ильса, посмотри, что именно вам не понравилось? – обратилась безопасница.
– Да, конечно.
Ильса подошла провела руками и уточнила:
– Я могу открыть?
– А вы сможете открыть? – удивилась безопасница.
Ильса достала из кармана небольшой набор инструментов, точнее, полосок мифрила и белого дерева в разных сочетаниях. Она давно стала носить его с собой, где-то удобно магию направить, например, в светильниках, ножницы вообще частенько использовались, да и остальное пригождалось время от времени при заевшем замке двери, например.
Небольшая отвертка, слабый импульс силы, и дно отошло, чтобы оттуда выпали десятки тонких сероватых полосок два на три сантиметра примерно со знаками.
Ильса честно рассортировала их на две кучки отвёрткой:
– Кость ивлингов, кость нагов.
Тишина оглушила. То самый разговорчивый маг провел рукой над столом и кивнул:
– Подтверждаю. Кости от семи ивлингов и семи нагов.
– Вызываю столицу, – сообщила безопасница.
Эти слова стали толчком для шума, выяснений обстоятельств и вопросы, что делать. Ильса добралась до затертого в угол Гиарона с оборотнем и спросила:
– Я пойду, ладно? У вас тут начнется всякое и разное, а у меня послезавтра выходной.
– Да, конечно, идите, потом придется дать показания, – заговорил оборотень. – Но пока поймут, что к чему, это затянется.
– Но Ильса определила кость, – заметил Гиарон недовольно.
– Можем указать ее героиней истории, – легко согласился оборотень. – Денег не дадут, но нервы потреплют изрядно.
– Нет уж, не надо, до сих пор трупы в доме аукаются, – махнула она рукой.
– Какие трупы?
– Гиарон, расскажете? А то у меня берег и дерево, хочу всё-таки сделать качели на улице.
– Какие качели? – поинтересовался Гиарон и аккуратно подтолкнул к двери, обратившись к оборотню. – Расскажу, о том случае у нас многие охотно расскажут. Жуть случилась.
Дверь открыл оборотень, а Ильса, попрощавшись, радостно направилась к выходу. Из любой заварушки, главное, вовремя слинять. Это у нее рабочий день закончился, а остальным всё равно торопиться некуда.
3
Прогулка по берегу моря успокоила и придала сил. Мана от воды Ильсой не усваивалась, но что-то влияло на собственные запасы, отчего в душе наступало умиротворение. Дальнейшая жизнь перестала быть настолько мрачной и даже заиграла парой приятных ноток. Гиарон всегда за чистку оружейной подкидывал премию, и это не могло не радовать. Хотя даже запас силы – это уже отличный довод поработать дополнительно.
Серо-синее море, уходящее в серую бесконечность неба. Темный камень берега и отвесные скалы, сходящие в равнину, чтобы спустя сотню шагов подняться на десяток метров вверх. Зимнее море навевало тоску миллионами оттенков серого, тогда как летнее приятно радовало синевой.
И весеннее небо первым показывало приближение тепла.
Почему-то именно на природе Ильса чаще всего сосредотачивалась, чтобы отвлечься от переживаний и размышлений.
При мысли о дополнительной работе пришла злость. Даже не за лишение оружия, это только радовало, сколько неполученные деньги за пояс и… несбывшиеся мечты о переезде в крупный город на материке, в свой домик с садиком, и о ленивой жизни, посвященной работе с мифрилом и белым деревом, а не вот это всё.
Очередной осколок мифрила попался на глаза в десятке метров в стороне. Оружие. Только его осколки больше трех сантиметров умели отводить от себя взгляд обычных людей. Поэтому большая часть искателей находила совсем мелочь, распознать в которой мифрил – отдельный талант и опыт. Зато и Ильса, и Лиса видели всё. Или от них мифрил не закрывался, сказать сложно.
Как таковое общение не складывалось, просто взяв очередной кусок, рождалось понимание, этот был кинжалом, а этот длинным мечом, причем наговским. Ильса мало собирала оружие нагов, она до вчерашнего дня не знала, как ивлингам их передать, не говоря уже о стабильном вековом неприятеле. Вооруженный нейтралитет длился вот уже который век, но старые видовые распри не могли утихнуть, даже несмотря на прошедшее время. Хотя большая последняя настоящая война случилась больше полутора тысяч лет назад, тогда же мир перекроился, и мифрил изменился.
Кто и что сделал официально – не сообщалось, просто ограничившись фактами изменений, но невероятный металл, точнее, изделия из него перестали появляться на свет. Сейчас всё реальное мифриловое оружие, предметы быта и украшения насчитывали минимум полторы, а то и больше тысяч лет. И это не могло не сказаться на их цене.