Очистив, таким образом, дорожку прямоезжую, Илья возвращается к камню. Теперь путь его лежит туда, где «женату быть». Здесь ему встречаются палаты белокаменные, из них выходит «красна девица, сильная поляница удалая»; она берет добра молодца «за белы руки да за златы перстни», ведет в палаты, угощает его за дубовым столом, затевает с ним разные разговоры, но Илья говорит ей, что устал и желает отдохнуть. Девица вновь берет его за руки и перстни, отводит в спальню «богатоубрану» и хочет уложить на «кроваточку обмансливу». Илья хватает ее «за подпазушки» и саму бросает на ту кровать —
Из погреба Илья выпускает 12 добрых молодцев. Коварная поляница остается там одна. Так в варианте Федора Никитина.{75} А вот Максим Антонов, склонный, как мы видели, щадить разбойников и детализировать описание богатого одеяния Ильи, помещает в глубоком погребе 29 молодцев и объясняет мотивы поведения коварной красавицы: ее цель — нажива. Илья, прежде чем распустить пленников по домам, решает их поучить:
Илья вновь возвращается к заветному камню, исправляет надпись на нем и направляет коня на дороженьку, «где богату быть», наезжает в чистом поле на три погреба глубоких, в которых насыпано злата-серебра и каменьев драгоценных:
«Латырь-камешок», таким образом, оказывается освоенным.
Илья предстает в этом былинном повествовании человеком, которому чужды меркантильные устремления. Нет у него и семьи, не поддается он женским чарам. Его отношение к женщинам в былинах подчас довольно суровое. В сборнике Кирши Данилова имеется былина о поездке Ильи с его «братом названыем» Добрыней Никитичем из Киева во чисто поле.{78} Добравшись до какого-то места («Как бы сверх тое реки Череги, / Как бы будут оне у матушки Сафат-реки»), богатыри расходятся — Илья посоветовал Добрыне поехать «за горы высокие», а сам двинулся «подле Сафат-реки». Цель движения богатырей так и остается неизвестной. Но обоих на избранном пути поджидали приключения. Илья «наехал» на некий «бродучей след» и, двинувшись по нему, наскочил на иноземного богатыря Збута Бориса-королевича. Судя по всему, Борис-королевич охотился — у стремени за ним следует «выжлок», а на руке сидит «ясен сокол». Узрев Илью Муромца, королевич отпускает свою живность кормиться самостоятельно — не до них; поединок с русским богатырем может закончиться гибелью их владельца. Збут Борис-королевич пускает «из туга лука» стрелу «во белы груди» старого казака и даже попадает, но Илья отчего-то остается невредим. Илья не применяет оружия, он хватает противника и бросает «выше дерева стоячева», «за облако», подхватывает у земли и укладывает на нее. Начинается допрос: «Ты скажи мне, молодец, свою дядину-вотчину!» Збут Борис-королевич поначалу дерзит: «Кабы у тебя на грудях сидел, / Я спорол бы тебе, старому, груди белыя». Но потом признается: «Я тово короля задонскова». От этих слов Илья приходит в умиление, проливает слезы — поверженный противник оказывается его сыном. Старый казак отпускает Бориса домой, «ко своей сударыни матушки», предупреждая:
Незаконнорожденный сын Ильи представляется, таким образом, слабым противником. Об истории отношений русского богатыря и королевы задонской, а также о том, как к ним относился король задонский (который, судя по тексту былины, жив-здоров), нам ничего не сообщается. Незаметно, чтобы и воспоминание о королеве задонской как-то тронуло Илью. Его радует лишь неожиданное явление сына, о существовании которого он и не подозревал. Иначе ведет себя бывшая любовница Ильи. Збут Борис-королевич возвращается восвояси и рассказывает матери о своем приключении. Та падает о сыру землю, плачет и подтверждает: да, Илья Муромец его отец! О том, как дальше развивались отношения в семье «короля задонскова», нам остается неизвестным.