– Тихо-тихо, я свой! Черт, я вас не сразу узнал...
Виктор напрягся еще больше — единственная «своя», которой сейчас не было рядом, не могла говорить мужским голосом. Из кустов появился человек в военной форме, мужчина метнулся с ножом на него, но его рука зависла в воздухе. Андрей разжал руку старьевщика и выдохнул. Тот отшатнулся от офицера и убрал оружие под пиджак. Капитану можно верить.
– Ох, это правда... – он смотрел на ребенка. – Я...
Воронцов презрительно посмотрел на молодого человека, тот осекся. Он не знал о произошедшем и был поражен, Виктора же эта пораженность задела — он боялся, что вслед за ней в душе офицера появится мерзкое отвращение к Анне. Однако он ошибался. Андрей же, почуяв взгляд мужчины, осекся и взял себя в руки.
– Я хотел их опередить, но не вышло. Я боялся, что они вас застанут... Где же Анечка? Она же не...?
– Не. Она сбежала около часа назад. Мы поссорились.
– Как же так?! – офицер тут же стушевался, боясь, что их услышат. – Почему вы не искали ее?
– Именно этим я сейчас и планирую заняться. Или я должен был бросить ребенка полиции под нос и уйти?
– Черт возьми, ее же поймают... Нет, – произнес леденеющим голосом мужчина, – Они не собирались задерживать вас живыми...
– Не говори мне...
– Аню могут убить? – в разговор вмешался ребенок.
– Нет, – Воронцов снова поднял ребенка. – Мы найдем ее и уедем раньше, чем произойдет что-то страшное. Понял? А теперь — прыгай.
Илья перекинул ноги через забор и спрыгнул вниз. В ребрах заныло, но он стиснул зубы и поднялся.
– Спустился! – негромко донес он дяде.
Воронцов скинул следом сумку, которую мальчик тут же оттащил, и перелез сам. За ним через забор перемахнул и Андрей.
– Я с вами.
– Ты только внимание привлечешь!
– Малиновый костюм привлечет не меньше! – на этих словах Виктор отвернулся, но Илье было заметно, как мужчина сливался со своим нарядом. – Вам понадобится оружие понадежнее ножа.
– Не понадобится.
– Надеюсь. Но я хочу защитить Аню... Любой ценой.
Воронцов нахмурился, но больше не возражал. Вся тройка быстро удалилась от двора, в этот момент военные выбили дверь в магазин.
ГЛАВА 10
Как часто в своих работах девушка прибегала к образу смерти? Незримому, неуловимому, пугающему до дрожи в пальцах одним своим духом... На деле же все оказалось иначе. Не было в ней никакой романтики, не было и легкости в ее приходе. Она пугала не своим холодным присутствием, наоборот, смерть была жарким, сухим, громким осознанием необратимости... Смерть носила обезображенное лицо мужчины, чья шея пульсировала в ее руках. Он содрогался в последних попытках вдохнуть, но девушка все сильнее сжимала руки, чувствуя, как под пальцами сминаются мышцы и жилы ее жертвы. Тело ослабело. Анна еще долго сидела неподвижно и давила все сильнее, боясь, что человек снова поднимется. По ее лицу бежала тонкая струйка крови из рассеченной несильным ударом головы. Губы и руки были разбиты, платье изодрано. Вокруг творился хаос, который трудно было назвать бардаком. Всего с полчаса назад здесь работал человек, сейчас это было полем боя. И его победитель холодел наравне с трупом от мыслей, кричащих с каждой секундой все громче.
Она планировала это. Думала, как спокойствие и отмщение наполнят ее душу, как только Гончаров старший будет мертв... как только он умрет в ее руках. Но все оказалось сложнее, страшнее, невыносимей. Девушка в панике закрыла лицо руками и закричала, громко, отчаянно. Чувство вины, чувство неотвратимости, чувство страха... Они выворачивали, они крутили, терзали и выжимали, вгрызались в нутро девушки и гадко хихикали где-то в подсознании. С глаз катились слезы. Анна посмотрела на лежащего под ней трупа и ее стошнило.
Федор лежал с широко распахнутыми глазами и ртом. Его мертвецкий взгляд вперился в душу убийцы. На шее начали проступать гематомы – всего-то через час вся шея будет темно-лиловой, столько ярости и силы она вкладывала в руки. Анна дрожала. Она должна была уходить отсюда, но не могла пошевелиться.
Тут позади раздался крик.
Зрачки убийцы расширились, она резким движением обернулась и увидела дрожащую в дверном проеме женщину.
– На помощь! Полиция! Полиция! Убийство! – заливалась криком она, пристально следя, чтобы девушка не бросилась на нее.
Анна же пришла наконец в себя после длительного оцепенения и бегом выскочила из комнаты, дома, подальше, отпихнув от себя свидетеля. В солнечных лучах улицы она сразу бросалась в глаза: израненная, избитая, в изодранной грязной одежде и растрепанными волосами. Люди сперва решили, что юная девушка — жертва и бросились ей на помощь, но тут же узнали героиню нашумевшей истории с мальчиком. В их голове стройно складывалась картина, где преступница добралась наконец до несчастного мужчины и убила его: все знали этот дом...
Убийца бросилась сначала в одну, потом в другую сторону, но люди не давали ей сбежать. Из дома вышла бледная как мел женщина и указала на Анечку: