- Игорь, зайди, надо обсудить. Мне мерещится, что кое-кому мы не можем доверять…
Спустя полчаса они вызвали третьего директора, Иранова. Когда тот проверил цифры, Антонов угрюмо сказал:
- Мы не учли склады деталей.
- Да сколько там! – возмутился было директор по производству, но Рогов поддержал идею полной проверки:
- Надо перевесить, чтобы всё до грамма учесть. Иначе он начнёт юлить. Возьми бухгалтера и кого-нибудь из референтов. Лучше Авдонину, - генеральный директор слабо улыбнулся, - она домой рваться не будет, если задержитесь до ночи. Но хорошо бы за день управится… Тогда завтра и обсудить можно.
Иранов стукнул кулаком по столу, Рогов и Антонов вздохнули. Все директоры подумали об одном:
- Опять Седой нас прессовать будет…
*
Напротив стола Екатерины Авдониной остановился исполнительный директор. Референт оторвалась от бумаг, воззрилась на Иранова и улыбнулась:
- Что-то срочное, Сергей Дмитриевич?
- Да. Отложите свои дела, вот приказ. Через пять минут – едем.
Служебный «Гелендваген» долго катил в сторону Люблино. Счетовод Люба Егорова увлечённо болтала по телефону, переписывалась, снова трепалась о всяких пустяках с подружками и приятелями. Авдонина откровенно скучала - смотрела в окно, читала вывески магазинов, пока машина не подъехала к воротам с надписью «Конверс-ресурс. Склад чёрного и цветных металлов». Охранник поздоровался с директором, распахнул створку. Четыре крупных добермана облаяли приезжих, натягивая цепи. Авдонина пугливо отпрянула и воскликнула:
- Ой, сорвутся!
- С такой цепи? Никогда. Сейчас они для порядка гавкают, - успокоил её охранник, - а вот ночью, когда спускаем, я бы никому не советовал. Они молча рвут. Тут месяц назад наркомана, их в диспансере лечат, неподалёку, к нам занесла нелёгкая – так, хорошо, мы крики услышали… От пяток до жопы живого места не было, да… Скорая и увезла.
- Ну и зверьё, блин, - опасливо оглянулась Егорова. – Сергей Дмитриевич, давайте уж быстрее взвешивать. Где?
Директор открыл дверь первого полноразмерного контейнера, которые длинной чередой стояли вдоль забора, поручил водителю и второму охраннику затащить внутрь весы средних размеров и конторский стол. Люба Егорова села, развернула новую амбарную книгу, приготовила авторучку. Екатерина Авдонина брезгливо посмотрела на замасленные детали, разложенные на стеллажах, перевела взор на замызганный журнал учёта и вынула из сумочки тонкие резиновые печатки. Директор усмехнулся:
- Это не в конторе мышкой двигать. Ничего, зато знать будете, откуда ваши зарплаты берутся. Коля, Игорь – каждую деталь кладёте на то место, где взяли. И в темпе, в темпе! Семь контейнеров за сегодня перевесить надо. Ну, погнали!
Авдонина натянула перчатки на белоснежные ручки, перелистнула первую страницу журнала, прочла:
- Насос СМ… - глянула на маленькую детальку, которую поднял водитель, и предложила. - Люба, пусть парни всё сразу с полки переставляют на весы, и обратно. И не перепутают и быстрее будет. Ладно?
*
Иранов оставил ревизорш на попечение двух парней, а сам занялся делом – как раз подали четыре вагона армейского лома. Он проверил накладные, убедился, что вес соответствует, и распорядился разгружать сначала третий вагон.
Кран магнитом извлёк несколько тонн железа, а затем пошёл светлый сплав, похожий на алюминий. Стропаль зацепил один бочкообразный обрезок, второй, третий – Иранов стоял, следил. Наконец, вагон опустел, все части серебристого корпуса то ли ракеты, то ли тонкого самолёта оказались на площадке, и он приказал бригадиру:
- Сидор Иванович! Эти пилить болгаркой и разбирать аккуратно, каждую детальку свинчивать и в третий склад, под замок. Остальное – как обычно.
Тот кивнул, баллончиком написал на боку отмеченных частей - «разборка». Когда джип директора выкатился за ворота, Сидор Горохов поставил рабочим задачу и вернулся в прорабский вагончик. Он ценил рабочее место, которое досталось ему не по конкурсу, а по знакомству. Серёжа Иранов был сыном старого друга, давно покойного, но вот, вспомнил же, когда понадобился надёжный человек!
Заварив крепкого чая, который мог поспорить чернотой с дёгтем, бригадир вернулся на площадку, осмотрелся хозяйским глазом. Рабочие распиливали и развинчивали, что указано. Хорошо. Большой кран закончил разгрузку, маневровый тепловоз утащил порожние вагоны прочь. Нормально.