– Но я боюсь! – запаниковала Холли. – Вдруг я выдам нас? Я же…
– Холли. – Я положила руку на ее напряженное плечо. – Все у тебя получится. Я рядом.
Она взглянула на меня растерянно и испуганно. Я ободряюще улыбнулась, и она уступила.
– Хорошо. Что мне нужно делать?
– Закрой глаза. – Алекс погасил настенные бра, и номер погрузился в мягкий полумрак. – Постарайся абстрагироваться, но не расслабляйся. Каждую секунду тебя могут атаковать чужие мысли.
– Как сложно, – пробормотала Холли.
Еще пару секунд ее лицо было напряженным, но вскоре черты начали смягчаться. Подрагивали длинные ресницы, едва заметно шевелились губы. Мы благоговейно наблюдали за первым путешествием Юной Королевы по чужим сознаниям. Я почувствовала странную рябь в мыслях – так волнуется воздух, когда кто-то быстро проходит рядом. Хоть бы она нашла Майло, хоть бы вычислила среди тысяч других имаго…
– Он рядом с мамой, – едва-едва слышно прошептала Холли, цепляясь за свои видения. – Они в какой-то комнате… ой!
– Что случилось?
Холли стремительно побледнела, но заставила себя улыбнуться:
– Ничего… еле успела удрать. Он меня заметил, но вряд ли понял, кто это. Там была башня… как на французских открытках.
– Эйфелева башня? – Алекс обескураженно взглянул на меня. – Не значит ли это, что мы…
– Нет. Не значит, – просияла я. – Башня есть перед отелем «Париж» в Вегасе. Мы там останавливались с Джи… – Голос сорвался, стоило вспомнить ее.
– По крайней мере, теперь мы знаем, как выглядит обитель зла, – ухмыльнулся Алекс. – Холли, хочешь… О. Ну ладно.
Холли лежала на кровати, раскинув руки, и безмятежно спала. Ее грудь медленно вздымалась и опадала. Я накрыла ее пледом. Алекс изучал мою шею с невероятно мрачным выражением лица, и только спустя секунду я поняла, что волосы упали вперед, открыв увечье.
– Почему ты не сказала? – прошипел он, тронув разрыв. – Думала, заживет?
– Не хотела, – пожала я плечами. – Смысл говорить, если уже все равно ничего не изменишь?
Алекс задрал рукав, обнажив широкую трещину на предплечье. Под ложечкой у меня неприятно засосало. Он угрюмо кивнул в ответ:
– У нас осталось еще меньше времени, чем я думал.
Глава 26
Ярким радужным ураганом в номер ворвалась Эппл. Она излучала раздражающий оптимизм и оглушающее счастье.
– Доброе утро, доброе утро! – заорала она, шлепнув по моей подушке чем-то, подозрительно похожим на влажное полотенце. – Пора вставать, сони!
– Выйди из номера! – рассердился Алекс, поспешно натягивая одеяло на перебинтованную руку. – Дай нам пять минут!
– Ой, поняла, поняла, – захихикала Эппл, прикрыв рот ладонью, и так же стремительно вылетела из номера, хлопнув дверью.
– Это просто монстр, а не девушка, – прошептала я, проверяя свежую рану. Пришлось встать раньше, чтобы снова взрезаться, подарив себе полноценный день. В ванной мне в голову пришла бредовая мысль, что вскоре мы с Алексом будем вскрывать друг друга по очереди.
Сборы заняли меньше двух минут: вещей у нас практически не было, лишь Книга, которую Алекс захватил из убежища. Холли всплакнула по поводу брошенного Тина, и я даже не могла ее утешить, потому что от досады и у самой щипало в горле – игрушечный котенок был напоминанием о прошлой жизни, утерянной навсегда. Закончив собирать пожитки, мы вышли сначала в сумрачное фойе, а потом на парковку.
Солнце полоснуло по глазам, загнав меня назад, в спасительную тень. Казалось, я впервые выбралась из-под земли туда, где люди влюбляются и воспитывают детей, где радуются подаркам судьбы и планируют отпуск. Словно все недавние события были лишь кошмаром, а жизнь так и шла своим чередом. На секунду я счастливо забыла, кто я на самом деле, пока Алекс не подошел ко мне с носовым платком.
– Оливия, – пробормотал он, промокая уголок моего глаза, – кровь.
– У тебя аллергия на солнце? – поинтересовалась Эппл.
Я покачала головой и перехватила платок, вытирая алую струйку, бегущую по щеке. Света я больше не чувствовала, как и пронзительного тепла.
Мы тронулись в путь. Через несколько минут тишины Эппл снова обернулась ко мне. Я невольно отметила, как расширены ее зрачки, и задалась вопросом, сидит ли она на чем-нибудь или это врожденный дефект. Взгляд от этого казался демоническим и сумасшедшим.
– У моей двоюродной сестры аллергия на солнце, – сообщила она. – Надин не может выходить днем без темных очков и платка – краснеет, глаза слепнут, просто жуть! При том что, когда она видит солнце дома, все в порядке. А у тебя что?
– Наверное, просто лопнул сосудик, – пробормотала я, осторожно прижмурив пострадавший глаз. – Мы не привыкли к яркому солнцу…