Мне незачем было следить за тем, куда он идет: мысленно я предугадывала каждое его движение, хоть и смутно.
Ночную тьму рассеял ярко-красный свет большой неоновой вывески, изображающей чашку. Вшивая кофейня – странноватое место для королевских охотничьих угодий. Алекс мягко толкнул дверь; приглушенно звякнул колокольчик. Помещение дохнуло на меня тяжелым запахом пирожков с мясом, растворимого кофе и блинов. Классическая забегаловка, рядом с которой «Бино» – французский ресторан; красные кожзамо-вые сидения, вытертые до белизны столики, алая плитка на полу. Кофейня была похожа на вытянутый вагон, и только большие окна портили ощущение полнейшей замкнутости пространства.
Алекс присел за крайний столик, низко опустив голову. Я последовала его примеру и завесилась мокрыми волосами, как шторкой.
– Вон она, – как можно тише прошептал Алекс. – Видишь?
Парочка, сидевшая через четыре стола от нас, нежно ворковала и вела себя в целом как обычные влюбленные. Лопоухий, но смазливый паренек лет восемнадцати глупо лыбился, глядя на свою спутницу, и постоянно поправлял манжеты отвратительной розовой рубашки с рисунком из треугольных кусочков пиццы. Лицо девушки мне никак не удавалось разглядеть: черты словно ускользали.
– Лив? Ты видишь ее лицо?
– Нет… а ты?
– И я нет. – Алекс нахмурился и посмотрел на официантку, неуверенно косящуюся в сторону нашего столика. – Вижу только фигуру. Забыл, какие у нее волосы, хотя смотрел пару мгновений назад. Странно, да? Но еще больше меня беспокоит то, что ты не видишь ее. Ведь Королева приходила к тебе во сне…
Паренек извинился перед девушкой и встал из-за стола. Мы втроем проводили его взглядом, после чего незнакомка пристально взглянула на меня. Брови строго сдвинулись над переносицей. Из всего этого мертвого, пустого лица ярко выделялось лишь свечение глаз, бледное, почти призрачное. Зеленовато-голубое, как туман над болотом.
– Черт, – прошептал Алекс.
В ладонь ткнулось что-то хрупкое и прохладное. Шприцы. Две штуки. Я кивнула и поднялась. Девушка повторила мое движение, не отводя глаз. Алекс тоже встал, сияя адской краснотой своего взгляда.
– Лив, – произнес он.
Я прошла по кафе, опуская жалюзи над окнами. В зал вынырнула парочка официанток. Их дежурные улыбки в секунду сменились недоумением. Алекс, подойдя к ним, нежно произнес:
– Идите в кухню и не высовывайтесь. Остальным передайте то же самое. Ключи отдайте мне. После вы ничего не вспомните, ясно?
Девушки робко кивнули. Одна из них запустила руку в карман на переднике и вынула ключи. С печальным звоном они упали в руку Алекса, а официантки засеменили обратно, понуро опустив головы.
– Лив, – снова произнес Алекс, бросив мне ключи.
Когда все двери в помещении были заперты – даже туалет, где томился спасенный паренек, – девушка улыбнулась, сверкнув белыми острыми зубами:
– Приятно познакомиться, уроды. Я сразу поняла, кто вы такие. Воняет от вас ужасно…
Она медленно двинулась по кругу. Улыбка, достойная глянца, исказилась, превращаясь в оскал – совсем как голографическая картинка из тех, которые коллекционируют дети. Я старалась смотреть только в жуткие светящиеся глаза и видела в них отражение себя самой. Глухо билось ее сердце, громче – сердце Алекса, стоявшего рядом. От незнакомки исходили волны непонятной силы, будоражащие каждый мускул.
– Не сотрясай воздух попусту. – Алекс казался спокойным, но я знала: он едва держит себя в руках.
Она сорвалась с места так быстро, что я испугалась. Алекс ловко уклонился и ударил ее кулаком в скулу. Девушка упала, но через секунду снова была на ногах. Тяжело дыша, она сверкала глазами, глядя то на меня, то на него. Я почувствовала, как закипает кровь в жилах, как сочится из желез яд. Взревев, я бросилась на девушку, но она предугадала это: ловко ухватила меня одной рукой за шиворот, второй – за пояс джинсов и отправила в полет. Позвоночник пронзила боль; столик подломился и завалился, погребая меня под обломками.
– Неважная у тебя помощница, – презрительно фыркнула девушка.
Все вокруг стало слишком ярким, пульсирующим. Я взглянула на левое предплечье – кровь струилась из широкого пореза, пачкала красный пол. Алое на алом. Я встала, пошатываясь, и бросила на противницу свирепый взгляд.
– Неужели ты думаешь меня вот этой штукой убить, а? – Девушка игриво закусила губы, глядя на Алекса. В руках у него угрожающе сверкали иглы шприцев.
Он атаковал справа, но она увернулась и ловко взмахнула рукой – шприц, прощально блеснув, исчез в недрах кафе. Я вытащила из кармана свою порцию физраствора. Один шприц треснул, но второй уцелел.