Цветы с мягким шорохом начали превращаться в песок, струящийся в пустоту. Облик Алисы померк, и я отчаянно попытался удержать ее руку, но тщетно.
– Береги девочку, – прошептала Алиса, – найди Иглу… Я люблю тебя, Алекс.
Крошечный фантастический мир, созданный подсознанием, растаял, оставив меня во мраке. Последние слова Алисы все еще гремели в голове.
– Разряд!
Тело конвульсивно выгнулось. Я непонимающе огляделся, но вокруг было слишком темно.
– Разряд!
Меня вырвало из мрака и понесло сквозь толщу воздуха, да так, что ветер засвистел в ушах. Я лежал в своей грязной мокрой одежде на стальной кушетке, ощущая, как возвращаются боль и отчаяние. Кто-то снял с меня куртку и расстегнул толстовку.
– Пульс есть! Он жив!
Где-то далеко-далеко тихо плакала Холли. Я повернул голову, стараясь разглядеть ее, но перед глазами висела странная пелена.
– Как ваше полное имя? – строго спросил меня незнакомец.
– Алекс Ньюман.
– Возраст?
– Двадцать шесть лет, – прохрипел я.
– Давно вы имаго?
Я окаменел. Давно врачи стали спрашивать у пациентов такое? Чувствуя на себе чужие взгляды, я выдавил:
– Апрель… две тысячи пятнадцатого.
Кто-то присвистнул, и я скосил невидящие глаза в сторону, ища весельчака.
– Девять месяцев? – Человек хмыкнул. – Вы долгожитель, мистер Ньюман.
– Кто вы? – прохрипел я, стараясь сморгнуть пелену. – Где я? Что происходит? Как вы меня…
Я закашлялся, кровь брызнула на губы и подбородок. Чья-то нежная рука с салфеткой прошлась по ним, аккуратно стирая капли.
– Смотри, Марк, – раздался хрипловатый женский голос. – Уровень биологической деструкции не так высок, как это обычно бывает у имаго в таком возрасте. Кажется, не хватает пары пальцев… здесь немного трещин… а тут, – тонкая ладонь коснулась вмятины, оставленной ударом Оливии в подвале «Давилки», – след… Но я не вижу совсем катастрофических нарушений.
Я с усилием сел, быстро застегнул толстовку и мрачно посмотрел на присутствующих. Холли сидела на скамеечке, встроенной в стену фургона, и я понял, что это никакая не скорая помощь, как казалось поначалу. Дефибриллятор выглядел старым; тут он был явно лишним.
– Мистер Ньюман… Алекс, – поправился высокий лысый мужчина с красивым аристократическим лицом, – девочка привела нас к вам… Она посылала мысленные сигналы, на которые мы не могли не откликнуться. Позвольте представиться. Меня зовут Марк Холдер, мне пять месяцев.
– Я Дункан Хоу, два месяца, – лениво улыбнулся грозно выглядящий мужчина лет пятидесяти.
Девушка с длинной рыжей косой оценивающе оглядела меня. В ее взгляде сквозила неприкрытая жадность, отчего я невольно покраснел.
– Грейси Лавджой, два месяца, – улыбнулась она. – Очень приятно познакомиться.
– Зачем я здесь? – перебил я ее. – Кто вы такие?
Присутствующие переглянулись.
– Мы одни из немногих оставшихся в живых имаго в Америке, не прислуживающих Королеве. Тебя, кстати, я в мыслях ни разу не слышала. – Грейси скрестила руки на груди. – Ты точно наш?
– Я умею закрывать сознание от посторонних. – Я свесил ноги с кушетки.
Марк благоговейно взглянул на Холли, забившуюся в угол.
– Девочка – отпрыск Королевы?
– Ее зовут Холли.
– Существо имеет имя? – фыркнула Грейси.
Я вскочил так быстро, что остальные не успели среагировать. Мой кулак замер перед лицом Грейси. Морщась от отвращения, я рассматривал ее прямой нос, выдающиеся скулы, под которыми залегли тени. Серые глаза глядели в ответ с вызовом.
– Что, ударишь? – нагло улыбнулась она. – Бей, урод. Посмотрим, насколько ты сильный.
– Грейс! Алекс!
Я нехотя опустил кулак и отступил от Грейси. Ее самодовольная, похожая на оскал улыбка подрагивала. В этот момент, глядя в насмешливые глаза, окруженные лучиками морщинок, я проникся нечеловеческой злобой к ней. Дункан встал между нами, грубо встряхнул меня, но в тот же миг добродушно стукнул ладонью по плечу.
– Нам нужно добраться до убежища целыми и невредимыми. Вы ведь с нами?
Отправиться с имаго в удобной, хоть и допотопной машине в безопасное место – такая перспектива была более чем желанна, но находиться рядом с этой рыжей кобылой…
– Алекс? – Холли потянула меня за рукав. – Мы едем?
– Мы едем. – Я отвернулся, чтобы не смотреть на Грейси, и встретился взглядом с Марком.
Он слишком уж понимающе кивнул.
Всю дорогу я молчал, глядя на проплывающие за окном бело-рыжие равнины. Марк и Дункан сидели впереди – один вел машину, второй неподвижно смотрел в лобовое стекло. Грейси сидела напротив меня и, заплетая длинные рыжие волосы в косу, мурлыкала что-то незатейливое.