Сквозь сон я слышу, что ему жаль. Он впервые говорит об отце.
***
Дорогие читатели, всем кто продолжает читать это произведение огромное спосибо за терпение, ибо главы выходят медленно. На данный момент книга постепенно возобновит выход на литнет, после последних событий, а также на других площадках, Литгород и Литмаркет. Ситуация с Литнет до конца не ясна, поэтому рассматриваем другие варианты. Если ситуация изменится, обязательно сообщу)
Глава 9. Попытка
ВАЛЕРИАНА
Ненависть рождается без труда и усердия. Достаточно ей подчиниться, и она надолго селиться в сердце. Она поражает и меняет саму нашу суть уродуя ее до невообразимого состояния. Нас не учат ненавидеть с детства, но мы учимся это делать быстрее чем ходить.
Как скоро печаль и скорбь может стать злобой? Сколько времени уходит на эту трансформацию. И сколько надо чтобы перестать ненавидеть себя.
Часто, кажется, что наша жизнь рушится из-за одного события, но потом оказывается, что она уже давно была такой, мы просто этого не замечали. Отказывались видеть. Правду всегда видеть больно.
Можно ли было что-то исправить? Или все закончилось бы так же.
Я часто задаюсь этим вопросом.
Что бы было не начни я так им всем доверять? Виоле, ее отцу. Остальным. Воспринимай я их как врагов, я бы никогда не доверилась бы графу. Значит не была бы поймана за решетку. Возможно, брат не устроил бы все это на том балу. Возможно, я бы просто отдала ему медальон и все бы закончилось. Не доверяй я им так сильно, доверился бы мне мой брат? Я сама отказалась от него выбрав себе новую семью. Возможно, отец бы не умер. Его сердце выдержало бы.
Все это настолько глупо. Ничего бы не поменялось. Они все равно убили бы всех нас. Не тогда и не так. Просто по-другому.
Я слышу шаги за спиной, но мои плечи не реагируют. Они остаются опущены словно их что-то притягивает к земле. Сложно сказать, но кажется спустя три месяца моего брата больше не ищут. По крайней мере под собственным носом.
Он обходит меня и становится, спереди присаживаясь на корточки.
Я тоже сижу, только на стуле около дома. По ночам мне стали разрешать выходить из сырого убежища, в котором я как взаперти находилась уже кажется вечность. Все меня похоронили и забыли, и несмотря на это на мне темный балахон с капюшоном, который скрывает даже глаза. Мне разрешено только молча сидеть и смотреть на дерево в полной темноте. Иногда ее разбавляют звезды и луна, но тогда он еще больше параноит. Прогулка длится десять минут под строгим надзором брата. Он знает, что тут лишь мы. И я это знаю. И все равно он взглядом говорит мне зайти в дом.
Костыли я больше не использую. Тело окрепло достаточно для использования магии, а больная нога не является проблемой для достаточно сильного мага воздуха. Я сама себе это внушила и подтверждаю каждый день. И все равно брат старается помочь мне своей силой ходить, если находится рядом. Неужели думает, что я не замечаю?
Когда мы заходим в дом я вижу на столе вновь стоят склянки, на этот раз в них уже готовые отвары. Я по-прежнему не спрашиваю, что это. Однако брат сам ставит стул недалеко от стола и помогает мне сесть.
Он слишком долго молчит, словно размышляет как лучше начать, чтобы я не разозлилась в первые минуты разговора.
- Ты окрепла достаточно. Больше нет причин прятаться.
- Мы дадим им бой?
Он поднимает бровь. Видимо его удивляет что я шучу. Точнее пытаюсь. Мне, кажется, что я разучилась это делать.
- А ты этого хочешь? – в его глазах вопрос и желание убедиться в своей правоте. Он знает, что я не готова бороться с ними. По крайней мере в настоящем.
- Нет, не сейчас, - говорю я и он кивает.
Сейчас я хочу спрятаться как можно дальше. Чтобы в самом удаленном уголке свернуться калачиком и даже мой брат не смог бы меня найти. Но это была бы слишком большая роскошь. Еще понять, как научиться жить теперь. Как вставать каждое утро и не задаваться вопросами смогла бы я спасти отца. Как не скучать по той жизни, которую я вела. Как перестать испытывать отвращение к тем, кто был в этой счастливой жизни. Как забыть тех, кто в ней больше никогда не появится.
И как избавиться от того, что внутри, так сильно давит, что спирает дыхание до болевых ощущений, что заставляет щеки гореть как от стыда, а руки делает ледышками. Что поможет мне перестать видеть сны, а потом просыпаться в этой реальности.