- Вот повеселиться маман, когда ее будущая невестка приедет на горном льве, - процедил он еле слышно.
- Леопарде, - Якоб услужливо поправил своего господина, на что тот скосил на него суровый взгляд.
Вся эта ситуация немало забавляла Эрика, и его губы периодически дергались в кривой улыбке, стараясь не смеяться в голос, над "страданиями", его хоть и бывшего друга, но все же, еще не безразличного ему до конца.
- Если ты хочешь мне что-то сказать, говори, - Антон злобно уставился на своего слугу, который уже в пятый раз косился на своего господина.
- Я б на твоем месте ни о чем не спрашивал, если не хочешь, чтобы и тебя на ком-нибудь скоропостижно женили, - Эрик многозначительно поиграл бровями.
Эта фраза окончательно разубедила слугу по имени Рааль что-либо спрашивать, и он уставился с увлеченным видом на гриву своей лошади.
На лице Антона пропали последние нотки спокойствия и хладнокровия.
- Нет, я правда не понимаю, зачем ты нужен здесь, - он повернул голову в сторону Эрика. - Слуги, охрана, Ханс как доверенный отца, только ты здесь без причины.
- Поверь, я задаюсь тем же вопросом, - Эрик ехал на черной как смоль лошади, с весьма скучающем видом. - Разве что, буду играть роль твоих родителей на сватовстве.
Парень закатил глаза, но промолчал.
- Она сама не могла приехать? Не понимаю, зачем туда ехать мне.
- То есть, чтобы она тебя засватала? - Эрик специально говорил серьезно, но откровенно издеваясь над парнем.
Антон красноречиво посмотрел на него, однако слуга успел издать смешок, после чего испуганно стал переделывать его в кашель.
- Не завидуй, я думаю мои родители и тебе кого-нибудь подберут, скажем из твоего родного графства. Мир с графством Фёльдмиров для нас не менее важен.
Эрик сделал вид, что не услышал его и продолжил подтрунивать.
- Нет серьезно, ты хотя бы ее имя узнал? Или мы будем ходить по всему графству с предложением твоей руки и сердца, выберем первую согласившуюся, - лошади из-за разговоров постепенно сбавляли темп, радуясь короткой передышке.
- Отец сказал нам ее представит граф, она его внучка, - процедил Антон.
- Говорят граф у них столетний старик с косыми глазами.
Фраза у Якоба вырвалась быстрее, чем он понял, что ляпнул, а Эрик уже не смог сдержаться, а начал ржать в голос.
- Остается надеяться, что внучка пошла не в своего деда.
Видимо устав слушать бред молодежи, мужчина с рыжими усами, широкими плечами и серьезным лицом, которое бывает у бывших военных с высоким положением в обществе, слез со своей лошади, разительно отличавшейся белым окрасом, на фоне остальных. Ну не костюм, так лошадь...
- Давайте сделаем привал, - его голос был слегка уставший, но даже сейчас возражать ему никто бы не осмелился.
Он всегда возглавлял любые дипломатические поездки, и естественно, просьба графа, проследить за его сыном, не могла быть оставлена Хансом без утвердительного ответа. Мальчишек он знал уже много лет, однако за последнее время заметил, что между ними пролетела черная птица. Они хоть и пытались делать вид, что ведут дружескую беседу, но те отношения, что были между ними раньше канули в лету. Это его весьма огорчало, поэтому он и уговорил графа, чтобы именно Эрик сопровождал Антона в этой поездке. Была, впрочем, и еще одна причина, о которой он старался не думать, уж слишком шокирующей она была, и неестественной.
- Мы рано выехали, поэтому после ужина устроим ночлег, чтоб к обеду завтрашнего дня уже добраться до скал.
Ни у кого не возникло возражений, поэтому слуги начали готовить ужин на костре, двое альвов, которые были приставлены в качестве охраны графского сына осматривали местность, а сам сын графа привязав лошадь, устроился на поваленном бревне грея руки у огня. Несмотря на то, что не было ветра, и погода для этого времени года была не так сурова, как могла быть, без специальных согревающих зельев, ночью они замерзли бы насмерть. В такую дальнюю дорогу они всегда брали с собой запас ингредиентов, чтобы в случае непредвиденной ситуации суметь выжить. Для них иметь разнообразные зелья было настолько в порядке вещей, что казалось абсолютно непонятным, как другие графства обходятся без них. Нет, конечно, поставки в послевоенное время постепенно стали возобновляться во все графства. Зелья продавались для элементарных нужд, за колоссальные деньги, благодаря чему графство Ричаргерских было наравне с графством Фрейев по уровню богатства.
Ночь постепенно наступала, принуждая просыпаться диких животных, выходящих на охоту. Звуки заставляли напрягаться все органы чувств.