Антон же, как ни в чем не бывало, сохранял непроницаемый, спокойный вид, попивая вино из бокала.
- Уверен, что наше графство встретит Вас очень радушно, - вновь встал на привычную колею Ханс.
- А мой жених сможет меня научить хотя бы элементарным зельям? - милым голосом проворковала я. - Мне кажется это очень интересно.
Если бы мой дед умел убивать взглядом, то я бы уже была в коме. Он меня безусловно любил, но мой характер переносил с трудом.
- К сожалению, зельям научить Вас будет не просто, Эрик уже много лет этому обучается, но без врождённого дара, сложно добиться успехов, - извиняющимся тоном ответил Ханс, пытаясь опередить Антона, который очевидно приготовил для меня очередной язвительный ответ.
Он, к слову, не заставил долго себя ждать:
- Думаю, раз Вы не нашли достойного занятия в родном графстве, у нас Вам понравится не меньше. Вам, как и здесь не придется ничем заниматься, - бомба возымела свое действие. Молчание, которое повисло в комнате, сравнимо было лишь с похоронным. Однако, я лишь улыбнулась, поэтому все решили, что я восприняла это за шутку.
- Полагаю, Вам будет интересно посмотреть, на одомашненных горных рысей и диких собак, - сердито пробубнил дед, приглашая в его личный питомник, пытаясь из последних сил проявлять гостеприимство.
Дед встал вместе с Хансом, показывая ему дорогу, и проходя вперёд остальных, чем и воспользовался мой жених.
- Жаль не леопардов, - фраза с явным сарказмом была сказана мне, шепотом, и, к счастью, была услышана всеми, кроме деда. К чему здесь были леопарды мне было не ясно, но похоже было понятно остальным, судя по подавленным смешкам парней.
- Не думала, что выйду замуж за клоуна, - сказав это, и улыбнувшись милейшей улыбкой, на его разъяренный взгляд, я вышла из столовой, догоняя деда и мужчину в белом костюме.
Глава 2. Попытка или пытка
ЭРИК
Я знал своего бывшего друга слишком хорошо, чтобы понимать - он на грани. Резкие движения, грубые ответы, действия, напоминающие больше какую-то игру. В таком настроении Антон бывал не часто, собственно, никогда. Всегда рассудительный и правильный до тошноты, в первую очередь действовал в интересах других, при этом лучший во всем, не подавая об этом даже вида. Таким и должен быть настоящий правитель. И каких я еще не встречал.
Сейчас он должен был деликатно оценить свою будущую невесту и своим обаянием сбить с нее всю спесь и надменность, которую она показывала, то ли желая, чтобы Антон сбежал от нее, не доводя до свадьбы, то ли и в правду была такой. В таком случае, ему не позавидуешь.
Однако единственное, что делал парень это провоцировал девушку, выводя на конфликт. И надо сказать, желаемое он получал.
Однажды я уже видел его таким - пять лет назад. И тогда у него была весомая причина. Сейчас же эту причину ему дал я. Вот мне и разгребать.
У нее была странная для нас, но, судя по всему, абсолютно обычная внешность для их графства. Серебряные волосы, безжизненные, словно стекло, глаза. Она следовала за нами как грозовая туча, которая вот-вот нарвется на неприятности. В мыслях Антона она естественно не укладывалась, как будущая жена, что буквально было написано у него на лбу. Я знал этому причину, не мог не догадаться, ведь она парила в воздухе и была почти осязаема. Но я молчал, радуясь тому, что в отличии от него у меня хотя бы был выбор.
В любом случае, судя по прошлому опыту, от него можно было ожидать чего угодно.
Сегодня какая-нибудь глупая девушка обязательно уйдет от него в слезах. Ведь в такие моменты он не слишком уж заботился о чувствах тех, кто сам нарывался на неприятности. И судя по тому, где мы находились, выбор жертвы был невелик.
Но что было самым забавным, она и сама с завидной настойчивостью искала себе проблем, принимая его игру. Поразительная глупость. Однако, девушка, похоже, так не считала. Чего она добивалась, меня не слишком-то интересовало, но я чувствовал каплю вины, за настроение Антона и то, что он ей может наговорить, ведь автором этого был я. Вот и следовал за ними как хмурая тень, пытаясь из-за всех сил, хотя бы слушать в пол уха, хоть и было это дико трудно, так как мой мозг отказывался переключаться.
Ведь мои мысли занимало абсолютно другое, а точнее другая.
Не знаю, шутка ли, но даже спустя пять лет я не смог ее простить. Я мог ее ненавидеть, но правда в том, что кроме неконтролируемой ярости к себе, я больше ничего не получал. Когда же ярость проходила, и я начинал мыслить здраво, становилось еще хуже. Сначала появлялось непонимание, затем чувство вины, потом осознание, что черт, в том, что она спрыгнула я не мог быть виноват, но сомнение всегда побеждало, которое приводило к боли от ее потери и вновь к бешенству от ее выбора. Этот замкнутый круг длился уже шестой год, не переходя к другой фазе. Безусловно, принятие - не моя сильная черта, в отличие от гнева. Но после недавних событий во мне появилось новое чувство - сомнение. Я знал ее достаточно хорошо, чтобы абсолютно не понимать череду ее странных действий. Она кого-то ждала на том обрыве, или же хотела, чтоб ее смерть увидел Антон? Зачем такая жестокость? Эти догадки хоть и казались абсурдными, спустя столько лет, но уж точно не для того, кто в замедленной съемке видел ее смерть пару дней назад.