- Где болит, - Ханс превратился в заботливого врача, как будто две минуты назад и не пытался оставить ее умирать.
Девушка тяжело дышала и ничего не могла сказать, лишь испуганно рассматривала нас.
- Все нормально, ты в безопасности.
Эти слова ее не убедили, и она, скосив глаза уставилась на тела, которые лежали недалеко от нее. Черные глаза были закрыты веками, и теперь они, казалось, ничем не отличались от остальных альвов. Одного убил Эрик нанеся удар со спины мечом. Второму проткнул сердце Ханс. А вот что стало с третьим, понять не мог никто. Он словно замерз намертво. Я бы поверил в это, если бы не сражался с ним каких-то пару часов назад. Когда пришли остальные, он уже был такой. Что с ним стало, за время пока я был в отключке не выходило у меня из головы. Он лежал рядом с ней, когда она теряла сознание, но что она могла с ним сделать?
Страх на ее лице никуда не исчез. Понять ее было несложно, где трое, там могут появиться и еще несколько.
- Ложись отдыхать. В дорогу мы отправимся рано утром, как только начнет светать. Я останусь караулить. Антон караулишь со мной, потом поменяемся с Эриком, - Эрик коротко кивнул и улегся в спальный мешок. Кажется, за это время он тоже измотался, и от того, что, хотя бы в смерти девушки он будет не виноват, ему стало легче.
Девушка посмотрела на свою спутницу, та уже бросила охранников и направилась к ней.
- Все хорошо, не переживай, я тоже пока не буду спать, - кажется только это ее окончательно успокоило, и она, закрыв глаза провалилась в сон. Возможно, она не доверяла никому из нас. Впрочем, ее сложно было в этом винить.
Время текло медленно. Я наблюдал за тем с какой аккуратностью Иветта зашивала рану на руке у одного из охранников. Возможно, она была лекарем, и от сюда такое спокойствие. Я не задавал ей вопросов, лишь молча наблюдал за ее движениями, пока она этого не видела.
Зелья на охрану должно было подействовать, но вот те раны, которые были у них, плюс то, что их не сразу нашли, было не на их стороне. Дыхание их было еле слышным, и даже если бы Ханс поставил их жизнь выше моей, их все равно невозможно было бы довести до графства. Потеря крови, в совокупности с различными переломами, которые нанес им тот здоровяк, слабо соотносилось с их перемещением. Все-таки мы не волшебники. Однако ее упорство даже в меня вселяло крохотную каплю надежды.
Наконец, она закончила и села у огня, грея замерзшие руки. То, что мы сегодня даже не ели, до сих пор никому даже в голову не приходило, настолько все были измучены. Я бы, конечно, мог разбудить слуг, ведь, собственно, именно для этого они и были здесь, но почему то, рядом с ее добротой, мне совсем не хотелось казаться высокомерным богачом, который шпыняет подопечных Поэтому покопавшись в сумке, я нашел сухофрукты и протянул их ей и Хансу. Она добродушно улыбнулась, взяв себе немного, а вот Ханс отказался, вызывая еще большие сомнения, что он в принципе живое существо.
Наше дежурство прошло беззвучно и через три часа Ханс разбудил Эрика, отправив меня спать. Я покосился на девушку, которая все еще стоически смотрела на огонь. Если она не поспит, то есть все шансы, что она свалится с моей лошади завтра. Но что-то в ее упрямстве казалось неестественным. В чем именно заключалась ее работа по отношению к моей новоявленной невесте. Этого понять я не мог.
- Ей ничего не грозит, ты можешь поспать.
- Мне пока и не хочется.
Я вздохнул, ну что ж, я ей не отец и даже не друг. Хозяин-барин. Как только моя голова коснулась спального мешка я, наконец, без проблем отрубился.
Сколько прошло после этого я не знал, так как ощущение усталости никуда не делось.
Часы показывали шесть утра, когда Ханс начал меня будить. Открыв глаза, я понял, что еще не совсем светает, но пока бы мы собрали вещи, рассвет бы уже пришел.
Моя раненная невеста о чем-то говорила с одним из слуг, Эрик тушил костер, второй слуга помогал пришедшему в себя, но явно очень слабому охраннику. Его кажется звали Альмод, что, собственно, ему подходило по значению имени "всесильный", судя по всему. А вот его спасительницы нигде не было видно.