- …я старая подруга Эрика Фёльдмира, и хотела бы сказать ему как мне жаль, подскажите, они в особняке прощаются с Ричардом Фрейем?
Парень закатывает глаза.
- Если Вы его подруга, уверен, Вас пригласят на поминание.
- Конечно, просто не хотелось бы проделать путь и разминуться, - понимаю, что хожу по тонкому лезвию, но не могу же я прийти прямиком в особняк и попросить выйти братца.
Он покусывает губы, и озирается по сторонам, ему явно не нравится, что мы так долго болтаем. Не хочет, чтобы его с кем-то видели.
- Слушай, - он слегка наклоняется туловищем в моем направлении и понижает голос, - нет смысла идти сейчас. Ступай завтра. Я слышал, что он вместе с сыном графа направлялся на побережье. Все еще беглянку найти не могут. Дочку писателя.
- Валериану, - констатирую я.
- Ну да. Эх, жалко девчушку, такая красавица, а брат достался полнейший…- он резко спохватывается, что болтает не со своими из отряда, а с незнакомкой на рынке. – В общем, вряд ли они ее живую найдут, - уже сухо заключает он. – Сумасшедший он, не иначе.
Я покусываю губы, не знаю, что и сказать на такое, поэтому просто киваю и ухожу, пока он не понял, что слишком много наболтал.
Идти на побережье опасно. Если меня заметит сын графа, неизвестно чем это может закончиться. С другой стороны, я смогу убежать если не попадаться сразу всему отряду. Просто быть аккуратной и в темноте мои глаза никто не заметит.
Недалеко от рынка есть спуск к самому морю, берег тут совсем каменистый и порванный на куски, который во время прилива накрывает вода практически целиком, поэтому местные тут не ходят. Только рыбаки и тех немного. Слишком бурное море тут.
Я иду туда быстрым шагом, сама не понимая, почему так тороплюсь, словно меня что-то тянет туда странной силой. Смотрю на берег и радуюсь отливу. Камни мокрые и скользкие, но я привыкла к трудной дороге, поэтому моя обувь удобна, а ноги, как всегда, находят безопасные места. Спуск безумно крутой, и я радуюсь, что сейчас меня не видит сестра. Ей бы это точно не понравилось.
Вглядываюсь в темноту, но в полумраке от луны, отражающейся в воде виден пустой берег. Неужели ошиблась? Если ее брат что-то задумал он будет где-то здесь. Вода его стихия, а значит он в любом случае будет тут. Хотел бы сбежать, мой брат бы его не искал у побережья. Он бы даже примерно не знал где эта парочка. Значит ему что-то нужно. И для этого нужны зрители.
Если найду Фрейев, найду брата. Главное не дать ему натворить глупостей.
Вдыхаю полной грудью и стараюсь запомнить запах морской соли и водорослей. В нашем графстве выхода к морю нет, и теперь я его не скоро увижу. Бреду пока еще видно дорогу, но вдалеке дорожка поднимается и теряется в скале. Ветер настолько пронизывающий, что еще чуть-чуть и мои руки посинеют, несмотря на теплый недавно купленный балахон, который я нацепила. Прислушиваюсь, задаваясь вопросом, стоило ли идти по верху, а после полившегося дождя и вовсе сомневаюсь, что стоило ли идти куда-либо. Сестра бы точно не пошла, и сидела бы у костра в лесу, пила бы имбирный чай. Иногда мне правда жаль, что наше сходство заканчивается внешностью.
Капли попадают в глаза, заливаются за воротник, стекают с одежды и срываются мелкими брызгами из-за ветра развеиваясь вмести с ним по бурному морю. Сейчас тут находится не безопасно. Место живет своей жизнью, так и норовя сделать волну побольше, чтобы утянуть меня за собой.
Пока мне везет и волны слабые, я едва успеваю отскакивать, чтобы не намочить обувь, но если так пойдет и дальше, то это может стать проблемой.
За спиной гремит гром, а я продолжаю идти до того места, где тропа врастает в скалу, словно не слышу, насколько он силен. В глубине души я уже знаю, что сегодня произойдет что-то плохое. Даже птицы знают, ведь они разлетелись кто куда, словно их тут никогда и не было. Будто само море зло на кого-то. И сегодня оно получит свое.
Мне остается несколько метров, и я бы развернулась обратно, оставшись ни с чем, но чей-то голос раздается высоко над головой рваной мелодией. Я резко поднимаю взгляд вверх и замираю.
Белая ткань хлещет по ее голым лодыжкам, вода стекает по рукам, а волосы похожи на молнии, которые образовали отдельную атмосферу над ее головой. Она повернута спиной и меня не видит, так же, как и я не вижу ее лица, но я уверена на сто процентов, что она в беде. Кто она и почему тут? В этот момент, я даже не могу думать об этом, потому что боюсь, что она повернется и сделает шаг. В ушах звучит крик. Он не мой и не принадлежит девушке. Но я уже знаю, что тот, кто кричит ее не остановит.