- Что ты пообещал, чтобы он отпустил тебя со мной?! – я злюсь, чувствую, как закипаю.
- Я должен был шпионить на него, и делал я это достаточно долго и умело. Если он захочет пойти войной на них, то у Ричаргерских не будет шансов.
Чувствую себя настоящей идиоткой. Я правда подумала, что дядя бы разрешил просто так ему поехать с нами? Почему же я спокойно смирилась с этим, не выяснив у брата всю правду. Стало бы мне от этого легче? Точно нет, скорее наоборот, я бы не смогла построить таких отношений ни с графиней, ни с Антоном, но легче бы стало Валериану. По крайней мере он был бы в этом не один.
- Но как бы я не пытался скрыть твои силы ты с завидной настойчивостью пыталась их показать, - у него вырвался смешок. - И я не мог винить тебя в этом, ведь ты ничего не знала, а просто хотела доказать, что не хуже меня. Еще эти рыси, я тогда не знал и половины правды и мне казалось, что дядя специально проверяет нас послав их с этой мерзопакостной особой. Ты начала кричать что не хуже меня, а она все слышала. Я тогда очень испугался.
- Поэтому ты меня ударил? – чувствую, как кровь прилила к щекам.
- Не совсем, это был шок и страх, я был не очень сильным стратегом в то время. Она сказала, что граф хочет, чтобы я отстранился от тебя. Мол ты мешаешь развитию моей силы, отвлекаешь. Я знал, что если не сделать, или хотя бы не показать ей, что я выполнил его указание, то ты просто пострадаешь. Он ведь легко избавляется, от тех, кто не представляет для него интереса. А от тех, кто мешает и подавно, там бы точно не помогли родственные связи. Он ведь ненавидел нашего отца всю свою жизнь.
- Я.. поняла.
Знаю, что нужно сказать что-то еще, но не могу выдавить из себя ничего. Чувствую тошноту.
- Я хочу, чтобы ты знала, я не хотел, чтобы ты пострадала, и тем более не собирался поднимать на тебя руку. Все произошло так быстро, я не знал, как тебя остановить и не показать лишнего при ней.
- Вряд ли в тот момент, меня было под силу кому-то остановить, - бормочу я.
- Потом все пошло своим чередом. Ты злилась на меня, а я избегал тебя. Не знаю, я не успел понять, когда между нами появилась стена. Я был слишком занят тем, чтобы следить за дядей, шпионить за графом, а когда она появилась я просто не стал ее рушить. Может даже меня злило что я не мог доказать невиновность, что просто хотел сохранить все, а не рушить.
- Почему ты не поговорил со мной?! Почему оставил все как есть? И отцу не сказал…
- Отец?! Он все это понимал! Не мог не понимать. Он наблюдал за этим и ничего не делал, потому что знал, что не справится с ним. Он лишь играл роль хорошего отца для тебя. Только для этого он и был нужен. Валери, он был твоим отцом. Не моим.
- Зачем ты так говоришь?! Он любит тебя не меньше. Неужели мы бы не решили все семьей. Хотя бы я, я бы тебя не оставила.
- Не оставила. Но ты уже была счастлива. Я и подумать не мог, что ты сможешь тут стать счастливой, что тебя полюбят как родную, как свою. Думаешь я стал бы у тебя это отнимать? Я, конечно, эгоист, но не настолько.
Я не знаю, злюсь я что он все это сохранил в себе, и на кого больше, на него или все же на себя, что закрыла глаза на это. Я знала его и поверила во все что он творил. Особенно тогда...
- Спрашивай. Задай свой главный вопрос, уверен он мучает тебя уже давно, - его лицо, и без того бледное выглядело пепельным.
Я киваю, прекрасно понимая, о чем он.
- Мой день рождения. Зачем ты…? Отец…как бы ты его не ненавидел, он еле выжил!
Он медлит. Последняя фраза ему не нравится.
- Все просто. Ты хотела вернуться домой. И более того, ты могла это сделать. Ричаргерские тебя бы отпустили. Графиня все бы сделала, чтобы тебе было хорошо. И я знал, что с тобой сделал бы он. Мы уже не дети, Валери, детские шалости уже бы не прошли. Ты бы всегда была красной кнопкой, которая при нажатии производила бы разрушительный эффект. И ее бы он нажал, находись ты в радиусе быстрого действия, сделай я малейший шаг против него. Я не мог пустить тебя к нему. Ты должна была остаться в покое, если бы я вернул медальон. Так мы условились с ним, хотя сейчас я понимаю, что он едва ли выполнил бы свое обещание.
- Медальон мамы? Зачем он ему?
- Он не совсем принадлежал ей.
- Я уже догадалась.
- Об этом тебе лучше расскажет кое-кто другой и чуть позже.
- Кто расскажет?