Сейчас в холе почти никого нет, лишь пожилая супружеская пара и важный мужчина, резво скользящий глазами, читая газету. Он не был местным жителем, его выдавали нежно мятного цвета глаза. Кажется его кровь когда-то мешалась с кровью фёльдмирцев, но было это настолько давно, скорее всего поколений пять назад, что об этом говорила лишь тонкая полоска на радужке.
Не желая продолжать разговор при чужих, я зашла на кухню, где кроме моей сестры, обычно работала хозяйка и ее дочь, но сегодня похоже из-за отсутствия народа обед спихнули на Азару.
Они зашли следом за мной спустя минуту и уже выглядели не такими недовольными. Кажется их общение друг с другом успокаивает мою сестру.
- Ты собираешься объяснить куда ты пропала?! – сестра уже не так зла и сейчас, как никогда напоминает мне нашу мать. Вот уж где точно гены сыграли свое.
Я сажусь на стул у окна и стараюсь меньше нервничать, чтобы выглядеть убедительнее.
- Ты же ей не даешь объясниться, уверен у нее есть достойное оправдание, - Макс тянет мою казнь, чтобы сестра поутихла. Впрочем, хороших новостей для него у меня нет.
- Помнишь я мечтала обучаться боевым искусствам?
- Нет.
От голоса сестры веет ледниками. Это была не совсем ложь, я была бы не против научиться драться, это бы помогло использовать мой талант еще лучше, но всерьез об этом я никогда не задумывалась. Не обращаю внимания и несу бред дальше. Хорошо отрепетированный, к слову.
- Так вот, я встретила одного путника на ярмарке, когда покупала нам одежду, он рассказал, где я смогу найти такого учителя. Говорят, он тренирует с учетом особых талантов, - на этом слове я, поднимаю брови вверх, намекая на свои способности. - Но нужно было идти сразу же, мужчина уходил из города и мог показать мне путь.
- Ты меня за дуру держишь?!
- То, что ты не интересуешься моими увлечениями меня обижает! – начинаю я свое хорошо спланированное нападение, а про себя думаю, что оно в моей голове звучало реалистичнее. – Уверена, даже Макс об этом помнит!
Он сверлит меня взглядом, но наткнувшись на взгляд сестры совсем опешит. Так всегда с ним и это дает мне преимущество.
- Даже мама это знает, вот она бы точно меня поддержала. Это ведь лучшая возможность усилить мои способности, тем более пока вокруг такое происходит.
Сестра поднимает бровь.
- Ну что, Макс, ты помнишь? – сама того, не осознавая своим напором она играет мне на руку.
Его взгляд перепрыгивает на меня и его начинают терзать сомнения. Сейчас все зависит от моего выражения лица, и я прекрасно понимаю, что выдай я себя хотя бы одним мускульным движением, все пропало. В голове лихорадочно скачут разные мысли и тут я вспоминаю его. Именно его выражение лица не дает и шанса на спор или сомнение. Ему ты веришь, даже если не хочешь. Но едва ли я смогу повторить нечто такое. Стать пусть даже на пару секунд ангелом смерти вряд ли мне дано. Я медленно выдыхаю и не моргая думаю лишь о его лице, о темных глазах, словно ночное небо, где нет ни звезд, ни луны. Лишь темнота. Ни один мускул, даже ресница не имеет права шелохнуться.
- Возможно я слышал такое, да и разумно оно. Эй, Ази, это же твоя сестра, почему тебя удивляет, что она интересуется подобным, она ведь и раньше могла поколотить кого-нибудь, кто приходил к матери за молоком или творогом и проявлял к ней неуважение. Теперь будет делать это профессионально. Неплохо же?
Я не верю ни своим глазам, ни ушам. Даже мысли об этом чертовом манипуляторе помогли мне заставить других верить в такой абсурд.
- Ты ненормальная, честное слово. Когда вокруг такое, ты удираешь невесть куда, - в голосе сестры оттенок сомнения, но этого более чем достаточно в данный момент.
- Она ведь не знала про вашего брата, - напряженно напоминает парень, и я безумно ему благодарна. Чуть позже, когда сестра поутихнет, обязательно замолвлю за него словечко.
Я действительно узнала позже. Но ей об этом знать не стоит, поэтому я лишь осторожно спрашиваю, что случилось, и в этот момент, ложь дается мне особенно тяжело. Мне кажется, что мои щеки наконец краснеют. Сегодня вранья было больше, чем за всю мою жизнь. И от этого мне тошно.
Пока сестра кратко излагает суть дела, я с ужасом понимаю, что Эрик спит наверху. Точнее, как спит, скорее слоняется по комнате как привидение. А по ночам и вовсе бродит по городу. Остальная суть разговора от меня ускользает, пока я осознаю, как близка я была от провала. Я должна была с ним встретиться в ту ночь. Но я не пришла.