— Сергей Сергеевич, зайдите, пожалуйста, ко мне. Подполковник Левин тотчас поднялся в кабинет генерала.
— Слушаю вас, Денис Павлович.
— Да вы садитесь, садитесь! Тут такое дело… — кивнул Звягин на раскрытую папку. — С неделю назад в небольшом таежном селении Вормалей, вот примерно здесь, — ткнул он пальцем в еле приметную точку на висевшей у него за спиной карте, — был доставлен в районную больницу в состоянии летаргического сна некто Колесников Максим Владимирович. В больнице он проспал пять дней. Сколько продолжался его сон до этого, никому неизвестно.
— А при чем здесь мы? — удивленно пожал плечами Левин.
— Сейчас поймете, при чем, — продолжал Звягин, неторопливо закуривая. — Колесников этот далеко еще не старый, внешне вполне нормальный, интеллигентный человек, И несмотря на это, — никаких документов, никаких сведений о месте работы и постоянном месте жительства, никаких данных о причинах столь необычного заболевания. А на все вопросы врачей — один ответ: он якобы абсолютно не помнит, что с ним произошло, откуда он прибыл и как оказался в Вормалее. Точно так же ничего не может «припомнить» и доставивший его в больницу старик-охотник Степан Силкин, у которого неизвестно как появился и заснул Колесников. Между тем из некоторых доверительных разговоров Колесникова с Силкиным, случайно ставших достоянием больничного персонала, выясняется, что это не совсем так. Колесников действительно не помнит, как оказался в Вормалее. Но отлично помнит, откуда прибыл. А прибыл он, если верить его словам, чуть ли не с инопланетного космического корабля, где прожил целых семь лет…
— Что, что? С инопланетного космического корабля?! — не удержался от восклицания Левин. — Значит, не только летаргия, но еще и психическое расстройство?
— Очень может быть, — согласился Звягин. — И все-таки я постарался установить личность этого человека. И вот что оказалось. Колесников — кандидат наук. Долгое время работал в одном из институтов Сибири, где зарекомендовал себя как очень талантливый, плодотворно работающий исследователь, но, как говорят, с одним «пунктиком»: он утверждал, что может представить доказательства пребывания на Земле пришельцев из космоса. И с этой целью неоднократно выезжал в экспедицию в район Вормалея, где, по его мнению, и следовало искать следы этих пришельцев…
— Ну, вот вам и источник психического расстройства.
— Возможно, — все так же невозмутимо продолжал генерал. — А семь лет назад — именно семь лет! — он неожиданно исчез из института, и с тех пор следы его затерялись. Вплоть до того момента, пока он снова не появился в Вормалеевской больнице.
— Но что во всем этом особенного? — снова пожал плечами подполковник, — В институте, видимо, поставили крест на его сомнительных изысканиях…
— Да, так оно и было.
— Вот, вот! И окончательно свихнувшийся маньяк превратился в бродягу без рода и племени. Разве мало таких? А то, что затерялись все его следы… Так какие следы может оставить человек, забывший свое прошлое?
— «Забывший» лишь часть своего прошлого, — уточнил Звягин, — «Забывший» для всех, кроме упомянутого мной старика-охотника. «Забывший», на мой взгляд, с какой-то определенной целью. А вот с какой? Что, если он действительно побывал на некоем внеземном объекте и хочет сохранить это в тайне от всех, кроме своего приятеля или единомышленника Силкина?
— Но это же бред сумасшедшего! Идея фикс! Мистификация!
— А если не совсем мистификация? — задумчиво возразил генерал.
— С каких это пор, Денис Павлович, вы начали принимать всерьез расхожие байки о пришельцах? — усмехнулся Левин.
— С тех пор, — жестко ответил генерал, — как занял этот пост. Ибо он обязывает меня относиться серьезно ко всему, что связано с интересами государства. А в данном случае речь идет именно об этом.
— Но вы же сами говорите: нет ни одного факта, который подтвердил бы более чем сомнительные измышления Колесникова.
— Ну, почему же, есть и факты. Прежде всего я связался с Центром космических исследований и установил, что наши баллисты в течение многих лет отмечали отчетливо выраженную гравитационную аномалию в околоземном пространстве, которую можно интерпретировать как наличие очень крупного космического тела, обращающегося вокруг Земли где-то на высоте двадцати — двадцати пяти тысяч километров. Точной идентификации этот объект так и не получил. Но вот недавно, именно тогда, когда появился в Вормалее Колесников, загадочная аномалия исчезла: тело покинуло околоземное пространство. Далее, я обратился в специальный комитет по «НЯ». Слышали о таком?