Выбрать главу

– Я тебя не слышу. И плохо вижу.

– Это старость. Ничего страшного, я вполне готов к тому, что мы вместе встретим годы одряхления – сначала, разумеется, твои…

– Прекращай трепаться, а? Послушай… Китти сказала, что мне нужно обговорить с тобой кое-какие детали.

– Ох уж эта Китти! Ладно, давай о деле, удовольствия подождут. Итак, сегодня вечером новобрачные Форды ждут гостей. Состав участников?

– Одну минуту… Где эта папка?.. Вот. Папенька и маменька Форд, тетушка Форд, свидетель со стороны жениха, кузина из Алабамы с мужем и тремя – ого! – детьми…

– Хватит, Форды меня не очень интересуют, разве что маменька.

– Фу, Ладлоу.

– Шерри, звезда моя, ты прямо нимфоманка какая-то! Я же не сказал, в каком смысле меня интересует маменька Форд, тем более что девчонке уже лихо за шестьдесят. То есть скорее уже под семьдесят. Нет, маменька мне интересна в первую очередь тем, что была против этого брака.

– Вот как?

– Да. Ее никто и не спрашивал, собственно, но птичка принесла мне на хвосте, что в приватном кругу маменька Форд сокрушалась по поводу морального облика невесты и ее пристрастия к спиртному.

– А невеста у нас пьющая?

– Я бы сказал, выпивающая, и довольно неумело. Ее спасает богатырское телосложение, иначе она, прости мой французский, блевала бы, как больная кошка, уже после третьей рюмки. Да, ее видели в ночных клубах и на различных фуршетах с разнообразными напитками в руках, но фокус в том, что ничего, кроме чистого пшеничного виски, Элли Морган употреблять не может. Аллергия.

– Хм. Пока не все ясно, но пошли дальше.

– Пошли. Морганы?

– Папаша. Мамаша. Младшая сестра с мужем и тремя… что они, сговорились, что ли?

– Шерри, детка, люди иногда вступают в брак и рожают детей, ты что, не знала этого?

– Не юродствуй. Две сестры – и обе с тремя детьми. Неужели, кстати, они потащат малюток в наше заведение?

– Вынужден тебя огорчить: малютки вполне дееспособны. Детям кузины Филипа двадцать, семнадцать и пятнадцать, у Саманты Морган-Декстер – двенадцать и десять, младшие – близнецы.

– Откуда ты все знаешь-то, Ладлоу…

– Работа такая. Что с подружками невесты?

– Есть одна. У Винсента в отчете напротив ее имени стоит восклицательный знак. Кажется, это та самая, о которой ходят слухи, что она…

– Шерилин, мне стыдно за тебя. Откуда этот деревенский стиль? Как зовут барышню?

– Софи Сейерс.

– Ну да, та самая лесбияночка. В девятнадцатом веке ее назвали бы эмансипе, в начале двадцатого – суфражисткой. Мужиковатая тетка в кожаных штанах и с короткой стрижкой. Принципиально не употребляет косметику, любит говорить о себе в мужском роде.

– Гадость какая.

– Почему? Бывает забавно. Например, месяца два назад таблоиды опубликовали ее СМС-переписку со школьной подругой. Та спрашивала «Как дела?», а Софи отвечала: «Заболел. Гинекология».

– Фу… Как это Морган разрешил?

– Крошка Элли поставила условие: ее подружкой на свадьбе будет Софи, иначе свадьбе не бывать. Фигура речи, конечно, замуж-то ей хочется гораздо сильнее, но папаша так устал бороться с доченькой, что согласился не глядя.

– Я смотрю, Ладлоу, ты все знаешь лучше меня.

– Ты, любимая, извини уж, мой технический сотрудник. Ты знаешь детали – я работаю над стратегией.

– Я не любимая!

– Мне виднее. Хорошо, тогда красавица.

– И не красавица!

– О, как это жаль! Ладно. Чучело гороховое.

– А ты – шут гороховый.

Джо усмехнулся.

– Вот и вышла парочка – шут и чучело, а фамилии одинаковые…

– Не отвлекайся, рассказывай план действий.

– План прост. Присматриваюсь и действую по обстановке. Мое дело – проявлять к Элли Морган максимум внимания, твое – намекнуть Филипу, что он может обзавестись рогами в первую же брачную ночь.

– Зачем?

– Пусть он ее не любит и даже не переносит на дух. Чувство собственника у него должно быть. Кроме того, над Филипом и так все всю жизнь смеются, так что по идее он не должен позволить такого оскорбления.

– Ох… Не нравится мне это, Джо. И при чем здесь родственнички?

– Я мыслю так: если мамаша Форд начнет зудеть, что невеста ужасна, Филип станет возражать просто из духа противоречия. А папенька Морган, зная о том, что к решению вопроса подключилась Китти, будет молчать в тряпочку – и тогда Элли самой придется объединиться со своим муженьком против враждебно настроенной родни.