Джо блаженно застонал во сне, и Шерри тихонько засмеялась, поглаживая его вспотевший висок. Потом бесшумно и невесомо вывернулась из его рук, встала, накинула платье на голое тело – и растворилась в ночной мгле.
Она отпросилась у девочек всего на полчасика, а отсутствовала час с лишним. Ничего, наверстает.
Оказывается, тело все помнит…
СЮРПРИЗ ДЛЯ МАЛЬЧИКОВ
Весь следующий день Джо тщетно пытался разыскать Шерри.
Да, ее только что видели на третьем… Нет, она спускалась на первый… Что вы, у нее на втором важный разговор… Посмотрите в административном крыле, она должна быть там… Извините, в бассейне сейчас клиенты…
И так весь день.
В пять часов Джо плюнул на поиски и отправился в свой номер готовиться к праздничному ужину. Дружеские застолья он любил, к тому же эта вечеринка предполагала еще и удачное завершение работы, а это всегда приятно. Получается двойной праздник.
Он выбрал элегантный стиль тридцатых годов и долго торчал перед зеркалом, искренне сожалея, что у него нет тоненьких усиков в гангстерском стиле. Пиджак с широкими плечами, белая рубаха, гвоздика в петлице… сюда просто необходимы усики!
Потом его мысли плавно переползли на подарок Шерри, и он размечтался окончательно. Больше всего его привлекала мысль все-таки о коне, через седло которого он перекинул бы Шерри и умчал бы ее в сторону горизонта. Ладно, сойдет и его «ягуар».
В половине седьмого неотразимый и элегантный блондин с золотисто-шоколадными очами и ленивой улыбкой на грешных устах спустился в холл отеля… и немедленно напоролся на зарождающийся скандал.
У стойки портье изображала – и весьма успешно – разъяренную кобру Лита Форд. Сходство с коброй придавал широкий воротник ее элегантного пальто, а шипела она вообще один в один.
– …Немедленно вызовите ко мне моего сына, Филипа Форда, или через минуту я сама пройду в его номер!
– Извините, мадам, но, боюсь, это невозможно. Мистер Форд занят.
– Чем он может быть занят, когда здесь его мать?! Я приехала, чтобы забрать его домой!
Джо сочувственно покосился на раскрасневшуюся девчушку за стойкой. Китти Шарк умело подбирала персонал, ничего не скажешь, – девочка была высший класс, но молодость и красота в данный момент были ей явно не на руку. Девчушка держалась из последних сил, а за большим кустом фикуса маячил встревоженный охранник. Вот его Джо понимал: если бойкая старушка решит пробиваться наверх, именно этому здоровенному парню предстоит загораживать ей дорогу. Что там подвиг трехсот спартанцев по сравнению с Литой Форд! Джо решил прийти на помощь подчиненным любимой женщины.
Он подошел к стойке и небрежно привалился к ней прямо перед носом Литы Форд. Та на мгновение перестала скандалить и возмущенно воззрилась на нахала.
– Вам что?!
Джо задумчиво подергал серебристый мех, которым был оторочен воротник скандалистки. Лита Форд онемела от ярости, а Джо поинтересовался ангельским голосом:
– Соболя? Сибирь, снега – и соболя. Стаи соболей. Или косяки… Вы не знаете, чем именно ходят соболя?
– Что?
– Я говорю, гусей – косяк, лошадей – табун, а ведь мех и перья этих достойных животных несравненно реже встретишь на воротнике ослепительной красотки вашего уровня. Соболя вам привычнее – но разве знаем мы с вами ответ на этот вопрос: чем ходят соболя? И ходят ли?
– Ав-ва…
– Возможно, бегают. Или стелятся. Знаете, красиво, наверное: Сибирь, снежная равнина – и стелющиеся соболя. Все блестит, сверкает и стоит кучу денег. В Сибири бывали?
– Нет…
– Жаль. Дикий, но прекрасный край. Сам я тоже не бывал, но друзья рассказывали. На многие мили вокруг ни души. Жители Нью-Йорка там буквально сходят с ума – слишком безлюдно…
– Молодой человек!
– Да, девушка?
– Мы с вами не знакомы!
– Еще чего! Ровно неделю назад я пожирал вас глазами и думал – кто эта нимфа в серебристой парче? Кто эта прекрасная незнакомка и как бы мне с ней познакомиться? Тут вас подхватил под руку седовласый и несколько… худощавый старичок – и я понял, что от глаз строгого отца не укроется ни одна вольность. Да и посмел бы я…
– Какой отец, что вы несете? Это муж мой!
– Не верю. Вас что, насильно за него выдали? Такую молодую – за старика…
Охранник уже плакал от смеха, прикрываясь фикусом, девушка за стойкой кусала губы. Лита Форд явно растерялась.
Джо особенно любил сам себя в такие минуты. Никакого сценария не было и быть не могло – чистейшая импровизация, зато какая!