По окончании разговора шериф взял телефонную трубку и набрал номер. Несколько минут он с кем-то болтал, совершенно не утаивая смысла сказанного. Звонил законник, естественно, насчет меня.
Покончив с разговорами, шериф протянул мне руку:
— Джек Прендергаст. Придется остаться у нас, мистер… товарищ Вихорев.
— В камере?
— Ну что вы, — шериф стал неожиданно вежливым. — Я поселю вас на втором этаже. Там есть комнаты отдыха. Заодно будете под присмотром. А завтра сядете на поезд и отправитесь в Сиэтл.
— В сопровождении полицейского?
— Сотрудника таможенной службы. Вы здесь не совсем законно… несмотря на исключительные обстоятельства и международные договоренности. Да вам же самомулучше, когда вас проведут за ручку от и до.
Но я так не считал. Впрочем, не стоит нервировать мой экипаж и снова внезапно исчезать. Поэтому я, выказав показную и фальшивую покорность, согласился.
Погода неожиданно испортилась. Резко похолодало. Пошел сильный дождь. Мы с шерифом поднялись на второй этаж. Я повесил свою мокрую и грязную одежду сушиться на стул, взял подушку, одеяло и лег на диван. Законник занял койку у стены.
— Вам домой не нужно?
— Жена знает, я часто остаюсь на работе. Молли ждет не дождется, пока я не проиграю очередные выборы. Глупая женщина не думает, что в кризис надо радоваться любому заработку.
Я вспомнил о Великой Депрессии и прочих «радостях» капитализма. К моему счастью, в СССР нет подобных проблем. Социализм — другая, более высокая ступень развития человечества.
— Сигарету не желаете? — шериф щелкнул зажигалкой.
— Нет. Я вообще не курю.
— Тогда я вас оставлю.
Законник вышел в коридор. Щелкнула оконная створка, потянуло свежестью. Я лег на диван, прислушиваясь к шуму дождя. В комнате было тепло, уютно и безопасно. Стук капель убаюкивал. Где-то совсем рядом засвистел и зашипел паровоз — значит, до вокзала недалеко.
Через несколько минут мои глаза начали слипаться. Я положил голову на подушку и мгновенно уснул.
Глава 38
Америка железнодорожная
Меня терзал монстр. Он тянул меня за руку, видимо, пытаясь выдернуть ее из сустава. Я схватился за щупальце, но так и не смог оторвать его от себя.
— Да просыпайтесь же! — взвыло чудовище. — Хватит дрыхнуть! На поезд опоздаем.
Я открыл глаза. Монстр оказался шерифом Прендергастом.
— Ну и силища, — я поморщился. — Не хуже чем у Кастанаева. Тот гирями жонглировал и неподъемные камни тягал.
— Не прибедняйтесь. Я едва с вами справился. Идемте пить кофе. Пообедаете в поезде.
— За счет правительства США?
— Именно. Думаю, Конгресс не обеднеет. Да всю равно депутатам пора бы сбросить немного жира.
Шериф принес кофе и печенье.
— Знаете, о ком я думаю? — неожиданно спросил законник.
— Нет. Школу медиумов не оканчивал.
— Об Амелии Эрхарт. Она недавно пропала где-то над Тихим океаном. Как ваш Леваневский над Арктикой. А нужны ли такие жертвы? Ответьте мне, как летчик.
— Жертвы должны быть принесены, — я повторил слова Отто Лилиенталя.
— Для чего? Зачем летать через полюс на примитивных машинах, не способных подняться высоко или пересечь Арктику быстро? Не лучше ли дождаться, пока техника не дойдет до нужного уровня?
— Кто-то ее должен до этого уровня доводить.
— Это можно делать и безопасными способами. Наматывать круги над аэродромом, к примеру. Если мотор откажет, всегда можно приземлиться. Зачем лететь вокруг света или через Арктику?
— Не знаю, — я поднял руки в знак капитуляции. — Все лучше, чем похищать людей, как Нелиган.
Плохой из меня пропагандист. Очень плохой.
— Это верно, — шериф допил кофе и повторил: — Это верно, товарищ летчик.
— Знаете, как у нас говорят? Рожденный ползать — уйди со взлетной полосы! — я не удержался от ехидного смешка. — Вряд ли это поймет тот, кто не держал в руках ни штурвала, ни ручки управления.
— Вас не разберешь. Вы то ли шутите, то ли всерьез говорите, — брови шерифа сдвинулись к переносице. — Проще надо быть.
Я отставил пустую чашку:
— Обязательно. В следующей жизни, может быть.
— Вот об этом я и говорю. Ну, идем. Поезд не будет ждать.
Мы вышли на улицу. Хмурые тучи нависли над городком. Дождь прекратился, но в воздухе висела мелкая противная взвесь. В такую погоду лучше не летать. Поезд куда надежнее.
Железнодорожная станция — монументальное ярко-желтое здание с колоннами располагалось на соседней улице. Мы дошли до него за пять минут.