Над озером Онтарио прояснилось. Солнце засверкало на зеркально-гладкой воде. С высоты в три с половиной тысячи метров корабли казались щепками с торчащими колючками мачт. Говорят, здесь страшные шторма. Но проверять это у меня не было никакого желания.
В наушниках раздался бодрый голос Фернандо:
— Портленд дает погоду. Температура плюс тринадцать, ветер десять метров в секунду, отдельные облака три тысячи метров, видимость пять тысяч. В общем, садиться можно.
Американцы пользовались имперской системой — морскими милями, узлами и футами, но Фернандо сразу переводил все в привычные для нас величины. Радист он оказался отменный.
Еще полтора часа — и невысокие горы штатов Вермонт и Нью-Гэмпшир сменились равниной штата Мэн.
— Есть радиомаяк Портленда! — доложил Фернандо. — Берите курс… девяносто. Да, ровно девяносто. Тогда мы попадем точно куда нам надо.
— Я пилотирую, ты на контроле, — приказала Полина, перехватив управление. — Приняла.
— Отдал, — я отпустил штурвал, продолжая наблюдать за приборами.
Все было в полном порядке. Все стрелки находились точно на своих местах. Моторы ровно гудели, с каждым оборотом винтов приближая нас к дому. Американские механики туго знали свое дело. И все же я всю дорогу ждал какого-нибудь подвоха. Кто знает, не затесался ли среди них агент злобных буржуев, люто ненавидящих Советский Союз?
Самолеты Чкалова и Громова, перелетев в США, не могли вернуться обратно своим ходом — их двигатели рассыпались бы, развалились, не выдержав многочасового напряжения. Но «Сталь-7» летела втрое быстрее АНТ-25. Ее моторы выработали меньше трети сточасового ресурса. Вот таким и должен быть настоящий пассажирский лайнер. Хотя, конечно, не мешало бы увеличить срок службы двигателей раз этак в десять. Как у американских моторов.
Прямо по курсу сверкнули разноцветные огни — это и был Портленд, построенный на самом берегу океана. Небольшой город в несколько десятков домов, разрезанный надвое широким устьем реки с высоты выглядел чисто и опрятно.
Несколько рыбацких лодок лавировали между островами. У пирса разгружался приличных размеров пароход. Портленд оправдывал свое название «портовая земля».
Я выпустил шасси и Полина аккуратно, нежно притерла самолет к земле. Я даже не заметил момент касания.
Нас тут же взяли в оборот журналисты. Оказалось, мы — первый иностранный экипаж, который совершил беспосадочный трансамериканский перелет. К тому же мы установили рекорд скорости — на весь полет нам потребовалось меньше восьми часов.
Я толкнул в спину Фернандо:
— Ты ведь радист, верно?
— Ну да, — испанец удивленно заморгал. — А что здесь такого?
— Значит, болтать — твоя работа. Вот и заливайте на пару с Лосевым баки репортерам. А мы пойдем отдыхать. Завтра с утра нам пилить в Дублин.
И мы пошли в гостиницу при аэропорте.
Отдохнуть нам не дали. Едва я плюхнулся на кровать, как в дверь настойчиво постучали.
— Можно к вам?
— Да! — недовольно буркнул я. — Валяйте!
В номер вошел жилистый, представительный мужчина в строгом костюме.
— Садитесь, — я указал на стул, не вставая с постели.
— Тед Уиллер, начальник отдела Федерального бюро расследований города Портленда. У меня для вас информация первостепенной важности.
— Слушаю.
Уиллер сел на стул.
— Сегодня днем в больнице скончался главарь банды Эммет Нелиган.
— Мир праху. Вы пришли обвинить меня в убийстве?
— Нет. Я хочу вас предупредить. Вопрос в последних словах Нелигана.
— Что же такого… жуткого сказал гангстер? — спросил я не без толики самодовольства.
— Твое похищение — не ошибка. Охота велась за тобой. Конкретно.
Мне стало не по себе.
— Кто же это мог быть? Компания «Кертисс», американская или британская разведка? Может, немецкие шпионы?
— Нелиган не назвал имен. Сказал, ему щедро заплатили. Тебя надо было похитить и доставить в нужное место. Но Нелиган повел свою игру… и все потерял.
— Зачем же он все рассказал? Разболтал, я бы сказал.
— Из ненависти к тебе. «Русского летчика уничтожат его же соотечественники» — с этими словами Нелиган отправился на суд Божий.
Теперь у меня по коже пробежали мурашки. На лбу выступил холодный пот.
— Предатели. Настоящие предатели, — прошептал я.
— Судя по показаниям Нелигана, приказ о твоем похищении исходил от русских эмигрантов. В официальном отчете, понятное дело, будет фигурировать основная версия: тебя перепутали с миллионером Моралесом. Только и всего.