–Мак, дай поспать.
–Нет, Янис, нужно поговорить… о Джейси.
Я быстро вышел за ним, и мы скрылись в комнате Мака, краем глаза я заметил спящую Монику в нашей гостиной.
–Что такое, Мак?
–Ее мать больна, как только я узнал, о синяках, подумал, что это ненормально, когда мать избивает своего ребенка, и, – пауза, – подобное повторялось не один раз….
–Не один раз….
–Янис послушай меня, у ее матери бывали вспышки ярости, неконтролируемые, и под ударом всегда была Джейси, ее мама не понимала, что делает, но после последнего раза, она решилась пройти обследование, и все оказалось гораздо хуже, чем просто вспышки ярости, и…
–Откуда ты это знаешь…?
–Потише, Янис, ее мама сейчас проходит лечение там же, где и Нэт…
Быть этого не может, я не мог произносить ее имя, и все происходящее казалось нереальным. Меня охватил страх, непонимание, я с трудом соображал, пытаясь собраться с мыслями и вернуть себе возможность думать, мысли скакали, перед глазами проносились улицы, рыжие волосы, тихий смех, скромная улыбка, ночь…. Это ночь…, что-то с грохотом упало, как же возможно, что на два города, разве всего одна больница? Пытаясь сбежать от своего прошлого, я вновь оказываюсь в нем, только теперь все гораздо сложнее, теперь я должен успеть. Неужели предстоит пройти все заново? Если да, то теперь должен успеть, этот страх, снова окутывает, и надо его сбросить, забыть, только, так все получится, не бежать, не убегать, сожаления, туман, я просто стоял или сидел, и не понимал.
–Янис…
–Чем она больна?
–Не знаю, я лишь смог узнать, что сейчас ее мама посещает изредка эту больницу, и…
–Ты сказал, что все гораздо хуже.
–Да, ей не могут поставить диагноз, помимо неконтролируемых вспышек гнева, у нее бывают провалы в памяти, и всю информацию об ее болезни не предоставили, и, и возможно это генетическое заболевание, скорее всего, что у Джейси тоже…
После этих слов, я все слышал, как через толщу воду, Мак что-то говорил, пытался объяснить мне, что все это не точно, и не доказано, и что все будет в порядке, но я его не слушал, я провалился в один из своих кошмаров, еще до встречи с Джейси.
Натали, Мак, Ян
Стояла теплая летняя ночь, я и Натали лежали на большом поле и смотрели на звезды. Небо нависало над нами плотными слоями, каждый из которых был осыпан звездами, казалось, протяни руку, и я смогу прикоснуться к одеялу из звездного неба.
–Янис, знаешь, я люблю тебя.
–Натали, и я тебя люблю, мы столько лет дружим я уже и не представляю свою жизнь без тебя.
–Янис, я не об этом…– прошептала она и замолчала.
Я понял, всю глупость происходящего, потому что никогда не видел в ней девушку, она была для меня другом, сестрой, но не более, я не знал, что сказать и просто молчал.
–Янис, поцелуй меня.
–Нэт…– я тяжело вздохнул, – я не могу обманывать себя и тебя, пойдем отсюда.
Подождав пока она подымится, я с трудом боролся с желанием немедленно сбежать от нее. Как бы мне не хотелось причинять ей боль, я уже это сделал, и в тот момент, я мог только восхищаться ее смелостью. Но я не мог относиться к ней так, как она того желала. Это был бы самый жестокий обман, и лучший выход, который я видел в той ситуации, было просто разорвать с ней все отношения, и сохранить лишь ее образ в памяти, как моего близкого друга. Мы молча шли всю дорогу, проводив ее домой, я облегченно вздохнул, зная, что теперь она дома, но я потерял друга, а ей придется мучиться безответностью. Мак догадывался, что произошло, и молчал, мы скучали по Нэт, ведь дружили с детства. В десять лет я обещал ей жениться на ней и назвать нашего первого ребенка, будь она девочка или мальчик Мак. В шесть она упала и разбила коленку о тротуар, я бил его палкой, крича, чтобы, он не обижал мою Нэт. В пятнадцать у нее был первый парень, который бросил ее, и мы с Маком избили его, так что пришлось всю ночь провести в полиции. В тринадцать она приготовила нам подгорелые блины, из прокисшего молока, и мы втроем всю неделю пролежали в больнице. В шестнадцать у Мака умерла собака, и мы втроем рыдали, как дети, не выпуская Мака младшего из объятий. Один раз мы так напились, что обещали друг другу жить втроем, и узнали мы об этом только из видео, которое сняла шпионка Мелисса. В семнадцать она призналась мне в любви, и все пришлось перечеркнуть. Нэт перестала говорить и с Маком, чему он даже не удивился, понимая, что любое воспоминание о нас, будет отдаваться в ней болью. Я же не понимал, как смог допустить, чтобы любовь Натали переросла из дружеской в нечто большее. Предпоследний год в школе был сложным, мы видели ее каждый день, но не могли поздороваться и узнать, как ее дела. Нэт подружилась с другими ребятами, а мы с Маком все же следили, чтобы ее никто, не обижал, но в один день я ошибся.