Диорита и Гермес пришли вторыми. У девушки было замученное и несчастное лицо, но как только она увидела Эми — всё изменилось. Диорита рассмотрела одноклассницу и ещё раз обняла, вторая только легко улыбнулась. Остальных осталось ждать совсем немного. Ичиро и Элис поприветствовали Эми и поздравили её с возвращением в ряды мучеников. Вот только не долго им пришлось радоваться.
Эми обступила всех и посмотрела на мать. Женщина продолжила стоять на месте, то есть продолжала преграждать им путь.
— Ты мне ничего сейчас не сделаешь. В замке только ты и прадедушка, — только и промолвила Эми.
Потом она замолчала. Сейчас надо рассказать Глории хотя бы часть правды.
— Да, я вела двойную игру. Мне пришлось рассорится с тобой, чтобы эти подумали, что я подчиняясь их плану. Да, пришлось играть в эту идиотию, — Эми остановилась и посмотрела на мать. — Неужели ты никак не можешь понять, что мы уже не станем сильнее?
— Ты не понимаешь о чем говоришь!
— Понимаю.
Эми обняла мать и попросила, чтобы она пропустила её друзей. Женщина исчезла так же мгновенно как и появилась.
Как они вышли на свежий воздух, Глория подбежала обнять лучшую подругу.
***
Глория уже поняла, что когда случается что-то важное в жизни Диориты, то она ходит по комнате. Но как же это начинает бесит со второго раз. Не успев спросить что произошло, Диорита выскочила из комнаты. Так быстро ей никогда не приходилось идти, не по её статусу куда-то спешить.
Дверь комнаты Рика быстро отворилась. Диорита набросились на него, как волк.
— Я уверена: ты украл. Тебя не было на балу, ты не ходил с нами помочь Эми. Куда ты дел Собиратель*?
— Ты совсем сдурела? Мы с тобой с детства знакомы, я бы не осмелился. Ты знаешь как я к тебе отношусь, — Рик полез обнимать Диориту.
— От тебя ничего не останется, если хоть шаг сделаешь, — Диорита принялась обыскивать местность.
— Ты серьезно? Я не брал.
— Только ты и мои предки об этом знают, — Диорита подошла к Рику.
— Почему ты такая глупая? Я не брал, Диорита.
— Врёшь. Ты…
Рик поцеловал Диориту в губы — хуже поцелуя жабы.
— Какая мерзость!
Диорита взмахнула рукой и у неё появился кинжал. Возле шеи Рика блеснуло серебро.
— А теперь? — игриво спросила Диорита.
— Я продал ещё неделю назад. А теперь убери кинжал.
— Жалко убивать такого отброса, — Диорита замерла. Быстрым движением руки и из боковой части живота полилась кровь, парень упал. — На память.
— Ты больная!
Комментарий к 10
Собиратель – капсула, в которую можно поместить призывной или разрушитель (метки). Потом можно присвоить себя. В данном случае используется для хранения, чтобы в случае смерти никто не смог забрать метку.
========== 11 ==========
На вторую половину зимних каникул Кацу уехал за город тренироваться. Он надеялся отдохнуть, но как всегда всё получилось наоборот. Первые дни он сидел и делал домашнее задание, придумывал план тренировок. Домик на базе ничем не отличалась от того, что был четыре года пол года назад. Единственное что отличалось — он жил сам в деревянном доме, который в его распорядке шесть дней.
Ему нравилось здесь проводить время, он как будто возвращался в детство. Здесь невинная атмосфера, которая окутала его ранние годы, старые друзья и наставник. Анаме.
Кацу мгновенно встал и вышел из домика. Сегодня он точно скажет ей всё. Он в конце концов уже не маленький мальчик, она теперь не посмеет его в этом упрекнуть. Под ногами хрустел снег, а лицо обдувало со всех сторон. Кацу даже не пытался противостоять погоде, он никогда не будет играть по её правилам. Вот уже пройдено ещё три домика справа и слева, потом ещё несколько и ещё. Вот он самый большой и самый желанный. Анаме пока не знала, что Кацу тут, поэтому они даже не поздоровались. Но парень уже предвкушал их разговор. В его голове рождались всё новые реплики для разговора. То он рассказывает о своих успехах, то он о своих новых друзья. А потом мгновенно переводит тему на её жизнь.
Кацу открыл дверь. В самом конце стоит стол, за ним женщина лет 30-35 упала на кипу бумаг и спит. Каштановые волосы рассыпалась по столу. Правая рука еле держала ручку, а вторая поддерживала бумагу, чтобы та не плавали по столу. Он застыл в раздумьях. Идти к ней или стоять?
— Ты меня бесишь, если собрался стоять — стой в другом месте.
— Ты не спишь?
— Думаю.
Она механически повернула голову. Теперь он мог увидеть её лицо, только лицо и волосы. Кацу аж вздрогнулся, ужастики значит. А потом взрыв и головы нет. Он мигом убрал эти мысли из головы и продолжил стоять. Да, ни так он себе представлял их встречу.
— Было бы очень умно с твоей стороны проводить здесь всё свободно время в лагере.
Анаме встала и подошла к большой карте.
— Может оставишь меня одну, что ли?
Он ушел. Анаме упала на пол и пыталась зарыдать. Но зачем? Неужели жизнь так плоха? Неужели опять эти муки о несчастной любви девочки к проклятому мальчику? Неужели служба так скучна и не интересна?
Временами её беспокоило вот буквально всё, но сейчас совсем иначе. Служба. Когда ей было восемнадцать она поступила в Королевскую гвардию. Анаме казалось жутко интересно вести расследование, строить планы операций. Да, и сейчас интерес не исчез. Вот только из этого всего есть только лагерь и всё. По итогу ей пришлось тренировать деток богатых родителей, а её армия где-то далеко. По итогу весь это фарс с картой, бумагами, лагерем под прикрытием сделан лишь для того, чтобы хоть немного походило на военную обстановку. Почему не выбрать было в молодости другую профессию? Юношеский максимализм брал всегда вверх. Порыв страсти и уважения не должен ничего решать.
И, о да, посильный в штатском как всегда вовремя.
— От Акио?
— Да.
Что ж, как всегда, очевидно. После тридцати лет всё становится очевидным, особенно если каждый раз пытаешься догадаться, что произойдет дальше.
Мужчина вышел, Анаме подошла к столу и с не особым энтузиазмом открывала письмо. Если Акио опять приглашает её во дворец на переговоры, то это значить, что можно опять спится от предсказуемости этого мира. А если он ещё скажет, что нужно вообще распустить полностью армию — бинго!
***
Кацу никак не ожидал такого приема, скорее всего даже не догадывался. В его голове всё было таким красочным. Он прийдет и Анаме броситься его обнимать, скажет, что очень скучала и ждала его. Опомнись! Ей тридцать три, а тебе пятнадцать. Ничего не может быть и не будет. Как ты мог строить догадки, планы на неё?! Неужели всё настолько плохо с думалкой? У неё волосы отрасли и даже перестали блестеть, но разве это плохо? Ему вообще не нравится этот неестественный блеск. Губы как всегда пересохли от холода. А взгляд стал ещё более сконцентрирован. Ещё, кажется, она похудела и выглядит совсем как скелет. Но это её не капли не уродует, а наоборот придает какой-то шарм. О, Высшие, она чудесная!
— Слышь, а это случай не тот бездомный? — донесся да Кацу голос, но мозги продолжали думать о другом.
— Он, а кто же ещё.
Несколько камней полетели в него, вот только понял он не сразу. Только после второго попадания. Не успев сообразить толком, что произошло, «друзья» Кацу были повалены на землю. Из только что выпавшего снега образовались оковы, которые очень крепко держали подростков. Потом он отошел, а потом и вовсе побежал. В палатке он упал, его сердце очень быстро билось. Что только что произошло? Неужели он может вот так просто победить тех, кого не мог победить ещё с семи лет. Что же он наделал? Они же захотят реванш, а вдруг нет. А если да, то что делать? Нужно бежать от сюда. Нет, если начал войну, то будет уверен, что победишь. Пусть придумывают самые коварные планы, но он выстоит…
Победил! Первый раз в жизни! Он подпрыгнул на месте. Такое чудесное чувство власти, возвышенности над другими. Но что теперь? Упыватся от счастья? Нет, вовсе нет. Теперь то он точно достоен Анаме. Не нужна ему никакая Нелли. Всё это было жалким прелюдией, перед настоящей любовью. Он сделает эта сегодня, зачем откладывать на завтра. Да и тем более они смогу больше времени провести вместе, разве не чудо? Наконец-то, он будет с той, кто ему по настоящему дорога. Можно и позабыть всех друзей. Зачем они теперь? Анаме может заменить всех, а заменить её даже миллион друзей не смогут. Осталось только придумать как всё правильно сказать, чтобы она точно согласилась с ним встречаться.