Дочь-модель начинает тихонько всхлипывать, плечи ее подрагивает, мать смотрит на меня с ужасом вперемешку с ненавистью, они кое-как поднимаются со стульев и держась друг за друга идут на выход.
- Мира, я не ожидала, что вы настолько жестокая, желаю, чтобы и у вас в жизни тоже случилась такая страшная, унизительная ситуация и вы на своей шкуре смогли прочувствовать эту ситуацию, - бросает в меня женщина проклятья, но она совсем не удивляет, а я уже смотрю в экран телефона.
- Я провожу вас, - говорит Алексей и встает следом за ними.
Ну просто замечательно, кажется я убила сразу двух зайцев, отвадила от себя бесперспективных клиентов, зря отнимающих мое время и теперь Алексей увидит на меня с другой стороны, надеюсь его взгляд на меня лишится ненужной нежности, пусть смотрит лишь с призрением. Я так хочу!
- Мира… - Алексей возвращается не сразу, наверное, подтирал этим двум сопли или тысячу раз извинялся за меня, вот же странный, это всего лишь работа. Он зовет меня глухим голосом, и я не сразу отрываюсь от чтения последних новостей о фондовом рынке, - Зачем ты так? – он возвращается на свое место и выглядит поникшим, это не плохо.
- Жизнь бьет нас сильнее если мы ждем от нее слишком много, этим двум тоже не следовало думать, что на их пути будут лишь единороги и розовый плюшевый ковер под ногами.
- Но, ведь ситуация и правда страшная и им нужна помощь. А ты со своим профессионализмом и опытом в два счета бы посадила бы этого подлеца из агентства…
- Да, ты прав, а еще возможно даже девочка на грани суицида, - Алексей поднимает на меня бледное лицо, и он в ужасе от моих слов, именно этого эффекта я и добивалась, - Но, только вот я здесь не причем, я не буду с ними работать. Сейчас если ты не в курсе, моя компания и вся команда, которая работает за ее пределами ведет крупное дело по банкротство застройщика, и мы должны всё сделать ювелирно, тогда все причастные смогут разбогатеть и в этой ситуации на такие мелочи я не намерена тратить время, поэтому, как попросила Аллочка, я деликатно указала им на дверь.
- Значит все дело в деньгах? – спрашивает Алексей с какой-то не понятной мне потерянной надежной, да, что он вообще от меня хочет, я не хороший человек и здесь ему не на что надеяться.
- Именно, все дело только в деньгах.
- Но, ты далеко не бедный человек, Мира, неужели так сложно было помочь им?
- Алексей, деньги, это единственное, что еще хоть как-то меня интересует в скучном этом Мире и мое благосостояние не имеет никакого значения, потому что денег много не бывает. Ну, а если ты считаешь, что это так просто, сделай сам, помоги им, - говорю и смотрю снова в календарь, - Закроем эту тему, следующая встреча с какой-то Екатериной Климовой, у нее имущественный вопрос, только вот никаких документов у меня по ее делу нет. А у тебя? – смотрю на мужнину с опущенной головой, волосы упали на лоб, и он не отвечает, а лишь отрицательно мотает головой.
Может обиделся, может не хочет со мной разговаривать, а может и просто сильно расстроился. Хотя было бы из-за чего, я знаю, что делаю, в моей работе нет эмоций только сухой расчет.
Жалко девочку модель, жалко ее мать, только вот на всех себя и своей жалости на хватит. В этом Мире каждую секунду случаются предательства, убийства, изнасилования, похищения, войны и много еще чего, что сложно даже представить нормальному человеку , поэтому эмоции здесь лишние, меня вот уже ничем не удивить и тем более не разжалобить.
Дальше мы сидим в тишине я читаю договоры с обманутыми дольщиками, Алексей что-то в телефоне, а потом выходит и возвращается с едой, у него в руках большая тарелка цезаря. Запах еды, как только попадет в кабинет тут же доносясь до меня вызывает громкий спазм в животе, а я ведь даже и забыла о том, что еще пару часов назад очень сильно хотела есть.
Он ставит передо мной тарелку и вручает приборы и все это молча, он прячет свой взгляд, кажется думает о чем-то, я чувствую, как мысли в его голове борются между собой. Алексей моралист, явный романтик, верит в добро, желает всем добра. Он работает всего нечего здесь, но с ним уже здоровается чуть ли не каждый в нашем огромном офисном зданием. Он из той категории людей, которые всем нравятся, он вызывает не поддельную симпатию, но только не у меня, я считаю открытую доброту и простодушность за слабость.